Понятие «культурные ценности» и уголовно-правовые аспекты борьбы с посягательствами на них. Посягательства на культурные ценности народов Обеспечение национальной безопасности России в сфере культуры в период глобализации

Введение

культурный ценность правовой защита

Актуальность темы исследования. В настоящее время перед Россией остро стоит проблема сохранения своего культурного наследия от криминальных посягательств. Об этом свидетельствует возросшее к началу XXI в. количество случаев хищения, незаконной перепродажи и контрабандного вывоза за границу культурных ценностей.

Поэтому вполне обоснованно Законом Российской Федерации от 1 июля 1994 г. «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс РСФСР и Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР» российское уголовное законодательство было дополнено тремя новыми нормами, предусматривающими ответственность за посягательства на культурные ценности. В Уголовном кодексе Российской Федерации 1996 г. данная нормотворческая инициатива получила дальнейшее развитие, и вышеназванные уголовно-правовые нормы были усовершенствованы.

Однако, несмотря на принятие этих мер, количество таких преступлений продолжает оставаться значительным. Распространенность подобных общественно опасных деяний на территории нашей страны обусловливается тем, что предметы ее культурного достояния представляют собой наиболее выгодное средство вложения капитала. Существенная разница в ценах на культурные ценности в России и дальнем зарубежье является побуждающим фактором к контрабандному вывозу похищенных ценностей. Эти и другие подобного рода преступные действия наносят невосполнимый ущерб культурному достоянию России. В результате таких преступлений наше общество лишается частицы своей культуры и уже не имеет возможности передать последующим поколениям все ее богатство.

Между тем нормы УК РФ (далее - УК) об ответственности за преступления, посягающие на культурные ценности, нуждаются в дальнейшем серьезном совершенствовании. В частности, в законодательном порядке не решен вопрос об определении предмета преступных посягательств, что существенно затрудняет их квалификацию правоохранительными органами. Существенным пробелом в уголовном законе является также отсутствие ответственности за завладение культурными ценностями в результате проведения незаконных археологических раскопок, несмотря на высокий уровень общественной опасности и широкую распространенность данного деяния.

Это лишь некоторые проблемы, которые необходимо решить в целях сохранения культурного наследия нашей страны.

Цель и задачи исследования. Целью данной работы является исследование уголовно-правовых и криминологических аспектов охраны культурных ценностей и разработка на этой основе конкретных предложений по совершенствованию норм уголовного законодательства и мер профилактики, направленных на охрану культурных ценностей от преступных посягательств.

В процессе исследования решались следующие задачи:

исследовать динамику и структуру данного вида преступлений, выяснить причины и условия их совершения, изучить личность преступника и разработать специально-криминологические меры предупреждения преступлений, посягающих на культурные ценности;

произвести уголовно-правовой, логико-структурный анализ понятия предмета преступных посягательств на культурные ценности и отграничение его от предметов других преступлений;

сделать комплексный анализ норм УК, предусматривающих ответственность за посягательства на культурные ценности;

осуществить сравнительно-правовое исследование проблем охраны культурных ценностей по международному праву и уголовному законодательству некоторых зарубежных государств;

разработать конкретные выводы, предложения и рекомендации по совершенствованию отечественного уголовного законодательства в части, касающейся охраны культурных ценностей.

Объект и предмет исследования. Объектом настоящего исследования являются общественные отношения, возникающие в связи с охраной культурных ценностей от преступных посягательств. Предмет исследования составляют: количественные и качественные характеристики преступлений, посягающих на культурные ценности; причины и условия их совершения; уголовно-правовые меры борьбы с ними и специально-криминологические меры их предупреждения; личность преступника; практика применения норм, предусматривающих уголовную ответственность за посягательства на культурные ценности; положения науки уголовного права в области охраны культурных ценностей.

Методология и методика исследования. Методологической базой исследования являются диалектико-материалистический подход к познанию общественных явлений и процессов, концептуальные положения современной науки теории государства и права. В процессе исследования применялись следующие методы: логико-юридический, сравнительно-правовой, историко-правовой, системно-структурный, интервьюирование, анкетирование, анализ документов, статистических материалов. Кроме того, использовались достижения ряда наук: конституционного, уголовного, гражданского, административного, международного права, а также философии, культурологии и аксиологии.

Нормативной основой работы явились: Конституция Российской Федерации 1993 г., кодифицированные правовые акты и иные законы РФ (РСФСР), международные рекомендации и конвенции.

Теоретическую базу исследования составили труды отечественных и зарубежных авторов в области, связанной с правовым режимом и охраной культурных ценностей. При этом следует особо выделить работы следующих ученых: М.М. Богуславского, М.В. Васильевой, Л.Н. Галенской, В.Г. Горбачева, А.И. Гурова, СМ. Кочои, В.М. Первушина, В.Г. Растопчина, И.В. Савельевой, А.П. Сергеева, Л.А. Стешенко, В.М. Сырых, СП. Щербы, С.А. Яни.

Основные положения, выводы и предложения, выносимые на защиту:

В связи с тем, что в ст. 164, 190 и 243 УК фигурируют различные формулировки предмета преступлений, предлагается унифицировать используемую в них терминологию, т.е. заменить употребляемые в них понятия предмета преступления на термин «культурные ценности», а также закрепить в ст. 243 УК понятие культурных ценностей как уникальных вещественных результатов человеческой деятельности, имеющих важное историческое, научное, художественное или иное культурное значение.

Основным объектом хищения предметов, имеющих особую ценность (ст. 164 УК), является общественная нравственность. Поэтому норму об ответственности за данное преступление следует перенести в главу 25 УК «Преступления против здоровья населения и общественной нравственности».

Основным объектом уничтожения или повреждения природных комплексов или объектов, взятых под охрану государства (ст. 243 УК), является экологическая безопасность. Ответственность за это же деяние предусмотрена ст. 262 УК. Следовательно, указанную норму из ст. 243 УК необходимо исключить.

Конструкция состава хищения предметов, имеющих особую ценность, исключает возможность привлечения к ответственности по ст. 164 УК лица, виновного в вымогательстве данных предметов. Для устранения этого недостатка предлагается в рамках указанной статьи предусмотреть уголовную ответственность также за вымогательство культурных ценностей. В качестве предмета основного состава данного преступления целесообразно выделить культурные ценности. Хищение либо вымогательство предметов, имеющих особую ценность, следует отнести к квалифицирующим признакам данного состава. Предлагается развести квалифицирующие признаки совершения хищения либо вымогательства культурных ценностей группой лиц по предварительному сговору и организованной группой по различным частям статьи, а также дополнить ее другими квалифицирующими и особо квалифицирующими признаками. Квалифицирующий признак, выражающийся в хищении либо вымогательстве культурных ценностей, повлекшем их уничтожение, разрушение или порчу, из данной статьи необходимо исключить. В результате предложена новая редакция ст. 164 УК.

Предлагается усилить ответственность за приобретение или сбыт культурных ценностей, заведомо для виновного добытых преступным путем, для чего в п. «б» ч. 2 ст. 175 УК указать их в качестве предмета преступления.

Обосновывается целесообразность включения в ст. 214 УК квалифицирующего признака, выражающегося в совершении деяний, указанных в ч. 1 данной статьи, в отношении культурных ценностей.

В ч. 2 ст. 243 УК необходимо предусмотреть повышенную уголовную ответственность за уничтожение или повреждение культурных ценностей путем поджога, взрыва или иным общеопасным способом либо повлекшее по неосторожности смерть человека или иные тяжкие последствия.

Дополнить УК статьями об ответственности: 1) за незаконное завладение культурными ценностями, не имеющими собственника, или собственник которых неизвестен; 2) неосторожное уничтожение или повреждение культурных ценностей.

Глава 1. Понятие «культурные ценности» и уголовно-правовые аспекты борьбы с посягательствами на них

1 Культурные ценности как предмет преступления: понятие и признаки

Проблема защиты культурных ценностей является и правовой проблемой, поскольку без надлежащей правовой защиты невозможны и их безопасное существование, и законный оборот.

Всеобщей декларацией прав человека (ст. 27) закреплено право свободно участвовать в культурной жизни общества, в научном прогрессе и пользоваться его благами, наслаждаться искусством. Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах (1966 г.) предоставил право на образование, творчество, пользование благами культуры. В соответствии с Уставом ЮНЕСКО (Организации Объединенных Наций по вопросам образования, науки и культуры) (1945 г.) задачами Организации является содействие укреплению мира и безопасности путем расширения сотрудничества народов в области образования, науки и культуры в интересах обеспечения всеобщего уважения, справедливости, законности и прав человека, а также основных свобод, провозглашенных в Уставе Организации, для всех народов без различия расы, пола, языка или религии.

Основной Закон страны - Конституция РФ содержит ст. 44, в соответствии с которой, как уже упоминалось, каждый имеет право на участие в культурной жизни и пользование учреждениями культуры, на доступ к культурным ценностям. При этом каждый обязан заботиться о сохранении исторического и культурного наследия, беречь памятники истории и культуры. Согласно ст. 12 Основ законодательства РФ о культуре от 9 октября 1992 г. N 3612-1 каждый человек имеет право на приобщение к культурным ценностям, на доступ к государственным библиотечным, музейным, архивным фондам, иным собраниям во всех областях культурной деятельности.

Заметим сразу, что нормативно-правовая база, регулирующая вопросы охраны культурных ценностей, довольно обширна и противоречива. На сегодняшний день насчитывается около 200 нормативных актов международного и национального уровней, которые регламентируют отношения по поводу культурных ценностей. В связи с этим некоторые специалисты подняли проблему гармонизации и даже кодификации законодательства о культурных ценностях. Причем в первую очередь это относится к уже существующим нормативным актам. Как отмечает И.В. Дьяков, "возможно, постановка вопроса о разработке Культурного кодекса может показаться не совсем корректной, тем не менее, если принять во внимание существование Земельного, Лесного, Водного и других кодексов, данная идея уже не кажется излишне радикальной. Кодификация разрозненных нормативных установлений, регулирующих отношения в культурной сфере, в единый нормативный документ позволила бы значительно упростить правоприменительную деятельность" . Кроме того, в современной правовой литературе уже встречается упоминание о новой и крайне перспективной отрасли - о международном культурном праве.

Проблема защиты культурных ценностей давно превратилась из внутренней в транснациональную и беспокоит множество стран, особенно тех, чье культурное наследие отличается богатством и самобытностью. Не менее остро эта проблема стоит перед странами - импортерами культурных ценностей.

В числе угроз культурным ценностям существуют и криминальные, а значит, надлежащее обеспечение таких ценностей невозможно без применения уголовно-правовых мер.

Ежедневно в мире похищается 450 - 500 археологических ценностей, произведений живописи, ваяния, антиквариата, религиозного культа и других памятников культуры разных эпох. По мнению О.В. Давлетшиной, на Западе культуру считают "зоной преступности номер три" после наркобизнеса и торговли оружием. В.В. Кулыгин, ссылаясь на данные Интерпола, отмечает, что преступления данной категории по объему получаемого незаконного дохода и вовсе вышли на второе место, уступив "лидерство" наркобизнесу.

Действующее уголовное законодательство Российской Федерации выделяет следующие виды преступных деяний, посягающих на культурные ценности: хищение предметов, имеющих особую ценность (ст. 164 УК РФ); невозвращение на территорию Российской Федерации предметов художественного, исторического и археологического достояния народов Российской Федерации и зарубежных стран (ст. 190 УК РФ); уничтожение или повреждение памятников истории и культуры (ст. 243 УК РФ).

Следует подчеркнуть, что преступления в отношении культурных ценностей могут квалифицироваться и по другим статьям Уголовного кодекса РФ, о чем наглядно свидетельствует официальная статистика. Как правило, это нормы, предусматривающие уголовную ответственность за хищения: кражи, грабежи, разбои, мошенничества. Однако не исключено, что деяниями, где в качестве предмета выступает культурная ценность, могут быть присвоение или растрата, причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием, умышленное или по неосторожности уничтожение или повреждение имущества. Так, например, если изучить структуру хищений художественных, исторических и культурных ценностей за 2006 г., то можно убедиться, что кражи в этой структуре составляют 86,5%.

Кроме того, в Уголовном кодексе РФ содержатся и другие нормы, которые в качестве предмета преступления прямо не называют культурные ценности, однако эти преступления могут совершаться и в их отношении тоже.

Наиболее яркий пример - ст. 356 "Применение запрещенных средств и методов войны" УК РФ в части разграбления национального имущества. Данное деяние входит в группу военных преступлений, которые, в свою очередь, отнесены к преступлениям против мира и безопасности человечества. Речь идет, в частности, о разграблении национального имущества на оккупированной территории как о виде военных преступлений. Под таким имуществом в международном уголовном праве понимаются прежде всего культурные ценности. Второй Протокол (1999 г.) к Гаагской конвенции о защите культурных ценностей в случае вооруженного конфликта (1954 г.) в гл. 4 определяет преступления против культурных ценностей. Согласно п. 1 ст. 15 любое лицо совершает преступление по смыслу Протокола, если оно: делает культурные ценности, находящиеся под усиленной защитой, объектом нападения; использует культурные ценности, находящиеся под усиленной защитой, или непосредственно прилегающие места для поддержки военных действий; уничтожает или присваивает в крупных масштабах культурную собственность, находящуюся под защитой в соответствии с положениями Конвенции и настоящего Протокола; делает культурные ценности, находящиеся под защитой в соответствии с положениями Конвенции и настоящего Протокола, объектом нападения; совершает акты кражи, грабежа или незаконного присвоения или акты вандализма, направленные против культурных ценностей, находящихся под защитой в соответствии с положениями Конвенции. В п. 2 ст. 15 предусмотрено, что каждая сторона принимает такие меры, которые могут оказаться необходимыми для признания уголовными преступлениями, согласно ее внутреннему законодательству, деяний, предусмотренных в данной статье, и для установления для таких преступлений соответствующих наказаний.

Следует заметить, что все вышеназванные нормы Уголовного кодекса РФ являются бланкетными, при этом бланкетность уголовно-правовых норм может выражаться в ссылке не только на внутренние нормативные акты, но и на международные тоже. А.В. Наумов подразделяет международно-правовую бланкетность норм российского уголовного права на явную и неявную. При явной бланкетности в самом тексте диспозиции напрямую делается отсылка к нормам международного права (ст. 356 УК РФ), при неявной уголовно-правовой запрет обусловлен обязанностью России, вытекающей из международных договоров, при этом напрямую в тексте об этих договорах не упоминается. Речь в таком случае может идти и о так называемых общеуголовных преступлениях. Изучая происхождение норм об уголовной ответственности за посягательства на культурные ценности, необходимо подчеркнуть, что именно международное уголовное право выступило "застрельщиком" их охраны, прежде всего в период войн и вооруженных конфликтов, в ходе которых таким ценностям наносился невосполнимый урон.

Так, например, о необходимости защиты религиозных ценностей во время войн говорил еще греческий историк Полибий: "Будущим победителям следует научиться не грабить захваченные ими города и не причинять горя другим народам - украшению их родной земли... Законы и право войны обязывают победителя разрушать и уничтожать крепости, укрепления, города, население, суда, ресурсы и все другое, принадлежащее противнику, чтобы подорвать его мощь и усилить мощь победителя. И хотя из этого можно извлечь определенную пользу, никто не может отрицать, что предание себя бессмысленному уничтожению храмов, статуй и других священных сооружений является актом безумия"

В последующие века ситуация практически не изменилась. Уничтожались города, деревни, замки и даже церкви. Синод в Шару (989 г.) объявил, что места поклонения и культовые предметы подлежат защите, однако эта защита увязывалась с их священным характером, а не с принадлежностью к произведениям искусства. Первые признаки желания защитить культурные ценности именно как результаты человеческого труда, а не только в связи с их культовым характером, появились в эпоху Ренессанса, в XVI - XVII вв. Яков Пшилуский, например, утверждал, что каждый участник боевых действий должен проявлять уважение к произведениям искусства и не только в связи с их религиозным характером.

Начиная с Вестфальского мира (1648 г.), который положил конец Тридцатилетней войне, можно обнаружить все большее число положений, предусматривающих возвращение изъятых трофеев в места их происхождения, сначала только архивов, а затем и произведений искусства, перемещенных в ходе сражений. В своем труде "Право народов, или Принципы естественного права" Эммер де Ваттель пишет, что "по какой бы причине ни была опустошена страна, эти здания, которые славят род человеческий и не укрепляют мощь противника, например храмы, гробницы, общественные здания и все сооружения выдающейся красоты, должны щадиться. Какая польза от их уничтожения? Это деяния отъявленного врага человечества, бессмысленно лишающего людей этих памятников искусства и образцов архитектуры..." .

Гаагская конвенция о законах и обычаях сухопутной войны (1907 г.), а также приложение к ней в виде Положения о законах и обычаях сухопутной войны предусматривали защиту культурных ценностей. Согласно ст. 27 Положения при осадах и бомбардировках должны быть приняты все необходимые меры к тому, чтобы щадить насколько возможно, в частности, храмы, здания, служащие целям науки, искусства и благотворительности, исторические памятники, чтобы таковые здания и места не служили одновременно военным целям. Осаждаемые обязаны обозначить эти здания и места особыми видимыми знаками, о которых осаждающие должны быть заранее поставлены в известность. Аналогичные требования содержала и Гаагская конвенция о бомбардировании морскими силами во время войны (1907 г.).

Одним из наиболее значимых международных правовых актов, предусматривающих защиту культурных ценностей во время войны, был Пакт Рериха от 15 апреля 1935 г., или Договор об охране художественных и научных учреждений и исторических памятников. Он был подписан в Белом доме (США) представителями 21 американского государства. Пакт специально предусматривал защиту исторических памятников, образовательных, культурных и научных миссий, их сотрудников, имущества и коллекций во время ведения военных действий. В частности, в ст. 1 данного Пакта говорилось о том, что исторические памятники, музеи, научные, художественные, образовательные и культурные учреждения считаются нейтральными и как таковые пользуются уважением и покровительством воюющих сторон. Такое же уважение и покровительство распространяется на исторические памятники, музеи, научные, художественные, образовательные и культурные учреждения и в мирное время. Согласно ст. 2 Пакта нейтралитет, покровительство и уважение, которые должны быть предоставлены памятникам и учреждениям, упомянутым в ст. 1, признаются на всех территориях как объекты суверенитета каждого из подписавшихся и присоединившихся государств, независимо от государственной принадлежности указанных памятников и учреждений.

Важнейшим международным правовым инструментом стала упомянутая выше Гаагская конвенция о защите культурных ценностей в случае вооруженного конфликта, которая давала определение понятия "культурная ценность". Защита указанных ценностей включает в себя их охрану и уважение. Воюющие стороны обязаны воздерживаться от какого-либо враждебного акта, направленного против этих ценностей, расположенных на территории другой страны. Так, например, дополнительный Протокол I к Конвенции 1954 г. запрещает: a) совершать какие-либо враждебные акты, направленные против тех исторических памятников, произведений искусства или мест отправления культа, которые составляют культурное и духовное наследие народов; b) использовать такие объекты для поддержания военных усилий; c) делать такие объекты объектами репрессалий.

Как справедливо замечают по этому поводу С.А. Приданов и С.П. Щерба, "вместо единого и четкого понятия мы получаем обилие определений, вводящих в заблуждение...". При этом вышеназванные исследователи полагают, что понятие "культурные ценности" является универсальным по отношению ко всем, указанным в вышеперечисленных четырех статьях. Отсюда С.А. Приданов и С.П. Щерба делают вывод о том, что определения предмета преступления в ст. ст. 164, 188 (ч. 2), 190, 243 УК РФ и понятие "культурные ценности" соотносятся между собой как часть и целое либо как синонимичные понятия. По их мнению, эти определения можно использовать в качестве синонимов и рассматривать как взаимозаменяемые. Отчасти с таким определением солидаризируется С.Н. Молчанов, указывая, что термин "культурные ценности" является наиболее универсальным понятием. Аналогичное мнение было высказано А.И. Зябкиным и А.В. Спицыным, а еще ранее М.М. Богуславским. Эту же позицию, судя по всему, разделяют Т.Р. Сабитов, Е.В. Медведев, О.В. Давлетшина и ряд других исследователей.

Мы поддерживаем точку зрения, согласно которой общим понятием предмета преступлений будет выступать понятие "культурные ценности", однако действующее законодательство (международное и национальное) и юридическая литература содержат немало не совпадающих друг с другом определений культурных ценностей.

Богатая "палитра" определений объясняется отчасти многозначностью термина "культура", а также противоречиями и пробелами позитивного законодательства, регулирующего отношения по поводу культурных ценностей. Автором были изучены, среди прочего, 20 международных и российских нормативных актов, которые содержали определения культурных ценностей, памятников истории и культуры и культурного наследия, а также их видов. По результатам исследования всех источников можно заключить следующее. Предметами, в отношении которых осуществляется регулирование вышеупомянутыми нормативными актами, являются культурные ценности только материального характера, и именно такие культурные ценности становятся предметами преступлений, предусмотренных ст. 164, ст. ст. 190 и 243 УК РФ.

Следует подчеркнуть, что результаты проведенного нами опроса еще раз демонстрируют отсутствие единого понимания предмета анализируемых нами преступлений. В анкете было предложено семь вариантов единого определения предмета. Наибольшее количество опрошенных выбрали следующие: "предметы или документы, имеющие особую историческую, научную, художественную или культурную ценность" - 18%; "культурные ценности" - 26%; "предметы художественного, исторического и археологического достояния народов Российской Федерации и зарубежных стран" - 14%; "памятники истории и культуры, природные комплексы и объекты, взятые под охрану государства; предметы или документы, имеющие историческую или культурную ценность" - 20%.

Необходимо отметить, что памятники истории и культуры могут относиться не только к недвижимым, но и к движимым культурным ценностям. Подтверждение этому мы находим в ст. 3 Закона об объектах культурного наследия, где говорится о том, что к таким памятникам могут относиться движимые предметы археологического наследия. Кроме того, такой вывод напрашивается исходя из содержания некоторых других норм. Так, например, последний абзац ст. 7 Закона РФ от 15 апреля 1993 г. N 4804-1 "О вывозе и ввозе культурных ценностей" называет в качестве предметов, подпадающих под действие этого Закона, движимые предметы, взятые государством под охрану как памятники истории и культуры. Еще одно доказательство вышеотмеченной точки зрения содержится в Гражданском кодексе РФ, в ст. 233 "Клад". Согласно данной статье кладом являются зарытые в земле или сокрытые иным способом деньги или ценные предметы, собственник которых не может быть установлен либо в силу закона утратил на них право. Пункт второй этой статьи устанавливает правила поведения лиц, нашедших клад, который содержит вещи, относящиеся к памятникам истории и культуры.

Анализ правоприменительной практики свидетельствует о том, что даже при наличии прямого указания бланкетных норм на признание того или иного предмета культурной ценностью, он в то же время не признается судом предметом соответствующих преступлений. Наглядным тому подтверждением служит практика применения ст. 164 УК РФ в части, касающейся похищения орденов и медалей. Чаще всего похищаются ордена Красной Звезды, Отечественной войны, медали "За отвагу", "За боевые заслуги", "За победу над Германией". Суды, рассматривая уголовные дела о хищениях указанных орденов и медалей, не соглашаются с квалификацией таких деяний по ст. 164 УК РФ, какую осуществляли органы предварительного расследования, и изменяют ее, в зависимости от способа хищения, на кражу, мошенничество, разбой или иное преступление против собственности. Похищенные награды представляют определенную культурную ценность, но не имеют особой ценности, поскольку являются массовыми, не уникальными, им не свойственны редкость и неповторимость. В частности, на основании данного обстоятельства судебная коллегия по уголовным делам Тамбовского областного суда отменила приговор суда районного в части осуждения обвиняемого по ст. 164 УК РФ за кражу ордена Красной Звезды. В своем определении судебная коллегия указала, что данный орден имеет номер 1595893, и это свидетельствует об отсутствии особой ценности.

В то же время согласно действовавшему ранее приложению 1 к Приказу Министерства культуры РФ от 21 июля 1999 г. N 528 "Об утверждении Перечня культурных ценностей, подпадающих под действие Закона РФ от 15 апреля 1993 г. N 4804-1 "О вывозе и ввозе культурных ценностей" ордена и медали входили в число культурных ценностей, подпадающих под действие указанного Закона (п. 8). В приложении 1 к Приказу Федеральной службы по надзору в сфере массовых коммуникаций, связи и охраны культурного наследия от 14 марта 2008 г. N 117 говорится только о старинных орденах и медалях.

Опрос следователей ОВД, неверно квалифицировавших хищение орденов и медалей по ст. 164 УК РФ, показал, что в своих решениях они руководствовались старым приложением. Более того, по этим уголовным делам была назначена экспертиза, признавшая похищенные ордена и медали культурными ценностями.

Мы полагаем, что при формулировке понятия "культурные ценности" необходимо исходить из ряда законодательных актов и доктринальной базы, что позволит синтезировать нормативные и теоретические положения в единое понятие.

Нормативные акты, регулирующие отношения по поводу культурных ценностей, определяя их, избрали так называемый перечневый способ, когда законодатель перечисляет предметы, относящиеся к таким ценностям. Несмотря на достоинства такого способа в практической деятельности, попытки определить суть какого-то объекта через исчерпывающий или открытый перечень его видов, как правило, оказываются несостоятельными. Нельзя не согласиться в связи с этим с В.Г. Беспалько, отмечающим следующее: "Очевидно, что ценности как материальной, так и духовной культуры характеризуются таким многообразием форм своей объективизации, что составить и закрепить в законодательстве их полный список не представляется возможным, тем более в нынешний век стремительно развивающихся науки, техники, новых видов и методов творческой деятельности, их компиляции и т.д. Выражение же понятия культурных ценностей в законе через их перечень, подлежащий расширительному толкованию, вообще лишено смысла, поскольку становится непонятным упоминание в правовых нормах одних видов результатов творческой деятельности человека и игнорирование других".

В связи с вышеизложенным мы можем дать собственное определение культурных ценностей как предмета преступления.

Культурными ценностями являются материальные движимые и недвижимые предметы религиозного или светского характера, созданные человеком либо природой или человеком и природой, имеющие историческую, научную, архитектурную, художественную, археологическую, палеонтологическую, анатомическую, минералогическую, документальную, градостроительную, нумизматическую, филателистическую и иную культурную значимость для части общества, всего общества и государства независимо от формы собственности на них и времени их создания, защищенные средствами уголовного права Российской Федерации. С таким определением согласились 60% опрошенных.

Рассмотрим теперь более подробно признаки культурных ценностей.

Культурные ценности - это материальные предметы. В них овеществлено созидательное начало человека или природы. Только материальные овеществленные предметы могут быть предметами изучаемых нами преступлений, посягающих на культурные ценности. В связи с этим мы предлагаем объединить материальные осязаемые предметы (культурные ценности) и нематериальные плоды культурного развития в единое понятие "культурное наследие", при этом, повторяясь вновь, заметим, что понятием "культурные ценности" охватываются только материальные предметы. Примером тому может отчасти служить белорусское законодательство. Так, в Законе Республики Беларусь от 4 июня 1991 г. N 832-XII "О культуре в Республике Беларусь" говорится об "историко-культурном наследии, к которому принадлежат материальные и духовные ценности, имеющие неизменное историческое значение для народа Белоруссии независимо от авторских, имущественных прав на них, времени их создания и местонахождения, в том числе и за пределами Республики Беларусь". Аналогично, разделяя ценности на материальные и духовные, определяет историко-культурное наследие Закон Республики Беларусь от 13 ноября 1992 г. N 1940-XII "Об охране историко-культурного наследия".

Культурные ценности - это движимые и недвижимые предметы. К ним могут относиться и объекты, прочно связанные с землей, т.е. объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно (абз. 1 п. 1 ст. 130 ГК РФ). Это могут быть культовые сооружения (например, церкви, мечети, синагоги и т.д.), старинные дворцы, замки, особняки, здания музеев (например, Эрмитаж) и т.п. Например, Закон Республики Татарстан от 2 октября 1996 г. N 755 "Об использовании культурных и исторических ценностей" напрямую в самом тексте разделяет культурные ценности на движимые и недвижимые. К недвижимым ценностям данный Закон относит памятники истории (здания, сооружения, места, связанные с важнейшими событиями в жизни народа, общества и государства); памятники археологии (городища, валы и другие укрепления, курганы, остатки древних поселений, укреплений, производств); памятники архитектуры и градостроительства (исторические центры, кремли, кварталы, площади, улицы, набережные); памятники искусства (скульптурные памятники, стелы, обелиски); историко-архитектурные ансамбли и комплексы; земли историко-культурного назначения; исторические населенные пункты (города и другие населенные пункты в Республике Татарстан, обладающие выдающейся историко-архитектурной, ландшафтной и иной ценностью).

Культурные ценности могут носить религиозный или светский характер. Говоря о религиозном характере культурных ценностей, нельзя не сказать об иконах и прочих предметах религиозного назначения, похищаемых из храмов, монастырей, молельных домов. Такие хищения, помимо собственно материального ущерба, причиняют большой вред чувствам верующих, поскольку похищенные предметы оскверняются самим фактом совершения преступления. Весьма показательно хищение из Донского монастыря ковчега с мощами новгородских святых, которое вызвало большой общественный резонанс. Содеянное было квалифицировано по ст. 158 "Кража" УК РФ. Как отметил руководитель пресс-службы Московской патриархии протоирей В. Вигилянский, "ковчег не представляет никакой материальной ценности. Маленький же ковчег - меньше книжечки. Его невозможно продать, это... изделие ничего не стоит... А мощи новгородских святых - кому они могут быть нужны?! Что вору-то делать с мощами?! Это безумие? Кощунство? Сатанизм?". Посягательствам подвергаются и недвижимые культурные ценности религиозного характера - во времена воинствующего государственного атеизма, межнациональных конфликтов и войн в тех или иных странах уничтожаются и повреждаются здания, предназначенные для богослужений. Например, с 2000 г. на территории Косово разрушено более 150 православных храмов, в том числе включенных в Список всемирного культурного наследия ЮНЕСКО. Генеральный директор ЮНЕСКО призвал мировое сообщество оказать помощь в восстановлении этих святынь.

Дифференциация религиозных ценностей в зависимости от их происхождения существует во многих аксиологических классификациях. Так, одним из критериев классификации ценностей, представленной М. Шелером, являлась степень близости к Богу. В контексте такой классификации М. Шелер выделял религиозные ценности, т.е. все ценности, связанные с Богом: вера, благоговение, поклонение и т.д.. Следует подчеркнуть, что согласно Закону об объектах культурного наследия памятники могут иметь и религиозное значение (церкви, костелы, кирхи, мечети, синагоги, буддийские храмы, пагоды и т.д.).

Культурные ценности могут быть полностью рукотворными, созданными человеком и природой либо только природой. Для того чтобы в этом убедиться, достаточно обратиться к ст. 7 Закона "О вывозе и ввозе культурных ценностей" и вышеупомянутому приложению 1 к Приказу Федеральной службы по надзору в сфере массовых коммуникаций, связи и охраны культурного наследия от 14 марта 2008 г. N 117, где перечислены такие культурные ценности, как редкие образцы и коллекции флоры и фауны; предметы, представляющие интерес для анатомии, палеонтологии и минералогии; остатки ископаемых организмов и (или) их частей (в том числе их отпечатки) независимо от сохранности; образцы и коллекции минералов (кроме синтетических) горных пород и природных некристаллических веществ земного и внеземного происхождения. Это же положение развил (но только отчасти) упомянутый выше Закон Республики Татарстан "Об использовании культурных и исторических ценностей". Так, например, культурное и историческое наследие согласно данному Закону - совокупность культурных и исторических ценностей, созданных человеком или природой, а также явления духовной жизни народа, общества или выдающихся личностей, имеющие историческую, научно-техническую, художественную, природно-экологическую, этнологическую или иную культурную значимость. Как нетрудно заметить, Закон полагает, что созданные только природой материальные объекты могут выступать в качестве культурных ценностей. В ст. 1 гл. 1 Рекомендации ЮНЕСКО о международном обмене культурными ценностями 1976 г. закреплено, что под "культурными ценностями" подразумеваются предметы, которые являются выражением или свидетельством человеческого творчества или же эволюции природы и которые, по мнению компетентных институтов отдельных государств, представляют или могут представлять собой историческую, художественную, научную или техническую ценность или интерес.

Например, за рубежом ежегодно продаются коллекции осколков метеоритов из Сихотэ-Алиньского заповедника. Сотрудниками заповедника было собрано (официально) около 15 кг. В 2006 г. на таможенном посту Торфяновка сотрудники таможни пресекли попытку вывоза на территорию Финляндии метеоритов: под сиденьями и в карманах обшивки дверей микроавтобуса "Фольксваген" было обнаружено 4 кг фрагментов метеоритов, относящихся к культурным ценностям, вывоз которых за пределы России запрещен. На Пулковской таможне в почтовом отправлении в США одной из российских компаний находилось 104 кг фрагментов метеоритов. В результате оперативно-розыскных мероприятий в офисе компании и у частного лица в собственном доме сотрудники таможни и ФСБ обнаружили еще 200 кг осколков метеоритов стоимостью более 300 тыс. долл. США.

Следует заметить, что на сегодняшний день признание творений только природы культурными ценностями носит дискуссионный характер. Некоторые авторы (например, А.П. Сергеев, Т.Р. Сабитов, Р.Б. Булатов) рассматривают в качестве культурных ценностей только то, что создано человеком.

Предметы для признания их культурными ценностями должны обладать религиозной, исторической, научной, архитектурной, художественной, археологической, градостроительной, палеонтологической, анатомической, минералогической и иной культурной значимостью для части общества, всего общества и государства.

Раскрывая этот признак культурной ценности, можно привести слова Г.А. Русанова о том, что культурная ценность должна нести свое историческое, художественное или научное значение в мировом масштабе, масштабе одного государства или административного субъекта внутри региона. В.Г. Беспалько, говоря об общественной значимости культурных ценностей, понимает под ней объективно существующую особую ценность предмета для всего общества, а не для одного человека или какой-то группы людей с их субъективными оценками в восприятии и определении значения конкретной вещи. Примечательно, что ст. 142 ранее действовавшего Гражданского кодекса РСФСР под культурной ценностью понимала "имущество, имеющее значительную историческую, художественную или иную ценность для общества".

Категории культурных ценностей могут варьироваться в зависимости от их значимости. Согласно ст. 4 "Категории историко-культурного значения объектов культурного наследия" Закона об объектах культурного наследия все объекты культурного наследия подразделяются на три категории: федерального, регионального и местного (муниципального) наследия.

Культурные ценности признаются таковыми вне зависимости от той формы собственности, режим которой на них распространяется. Так, например, недвижимые памятники истории и культуры в соответствии с действующим законодательством можно приватизировать, за исключением случаев, предусмотренных законом. Следовательно, культурные ценности могут находиться и в частной собственности. Согласно ст. 14 "Право собственности в области культуры" Основ законодательства РФ о культуре каждый человек имеет право собственности в области культуры. Право собственности распространяется на имеющие историко-культурное значение предметы, коллекции и собрания, здания и сооружения, организации, учреждения, предприятия и иные объекты.

Культурные ценности могут признаваться таковыми вне зависимости от времени их создания, если иное не установлено законом. Это значит, что культурными ценностями могут признаваться и предметы, созданные в современный период.

В ряде случаев само законодательство устанавливает возраст отнесения к культурным ценностям, о чем упоминалось выше. К культурным ценностям относятся, согласно упоминавшемуся приложению 1 к Приказу Федеральной службы по надзору в сфере массовых коммуникаций, связи и охраны культурного наследия, монеты, боны, банкноты и ценные бумаги, созданные более 50 лет назад. Многие исследователи в качестве обязательного признака культурных ценностей выделяют его древность (старинность), но, как подчеркивает Л.Л. Кругликов, этот признак не является обязательным. Подтверждением этому служит следующий случай.

Поволжское таможенное управление задержало пианино 1896 г. выпуска фабричного производства фирмы "Шиммель", произведенное в Германии, которое было разрешено к вывозу распоряжением Министерства культуры России. В письме Министерства от 12 февраля 1999 г. N 119-03-30 "Об установлении художественной, исторической или научной ценности предметов, изготовленных в прошлом веке" указано, что, несмотря на то что данный инструмент изготовлен более 100 лет назад, он не относится к категории уникальных и редких музыкальных инструментов, в связи с чем не подпадает под действие ст. 7 Закона РФ "О вывозе и ввозе культурных ценностей" (в Законе речь идет об уникальных и редких музыкальных инструментах). При принятии Министерством культуры или его территориальными органами решений о возможности вывоза из Российской Федерации культурных ценностей учитываются результаты всесторонней и тщательной экспертизы, определяющей в том числе место и время изготовления. Однако сама по себе временная граница создания предмета (100 лет) не является основанием для его запрещения к вывозу за рубеж. Только в случаях установления особой художественной, исторической или научной значимости заявленных к вывозу культурных ценностей признается необходимость ограничения права собственности на эти предметы в пределах Российской Федерации. Они запрещаются к вывозу из страны с одновременной постановкой на учет и внесением в Федеральный регистр культурных ценностей.

В ст. 7 Закона "О вывозе и ввозе культурных ценностей" перечислены категории предметов, подпадающих под действие данного Закона. В частности, это оригинальные скульптурные произведения, в том числе рельефы, редкие рукописи и документальные памятники; уникальные и редкие музыкальные инструменты; оригинальные художественные композиции и т.д. В отличие от некоторых других категорий (например, "старинные монеты", "старинные книги") законодатель не вводит применительно к упомянутым объектам прилагательное "старинный". Следовательно, Закон допускает ситуации, когда шедевры, созданные во времена, близкие к современности, могут быть признаны представляющими особую культурную ценность. Подтверждение нашей точки зрения мы можем найти в Основах законодательства РФ о культуре, ряд статей которых предполагает творческую деятельность. Так, например, ст. 10 "Право на творчество" устанавливает, что каждый человек имеет право на все виды творческой деятельности в соответствии со своими интересами и способностями. Творческая деятельность, в свою очередь, предполагает создание культурных ценностей и их интерпретацию. Отсюда вытекает, что создание культурных ценностей может осуществляться и нашими современниками. Кроме того, ст. 17 Основ предоставляет право вывозить за границу результаты своей творческой деятельности. В соответствии с указанной нормой граждане РФ имеют право вывозить за границу в целях экспонирования, иных форм публичного представления, а также для продажи результатов своей творческой деятельности в порядке, определяемом законодательством Российской Федерации. Это также подтверждает справедливость нашей точки зрения: создавать культурные ценности и вывозить их за рубеж могут современные создатели таких ценностей.

Обоснованность нашей позиции подтверждается и положениями Федерального закона от 13 мая 2008 г. N 68-ФЗ "О центрах исторического наследия президентов Российской Федерации, прекративших исполнение своих полномочий". Согласно данному Закону такие центры призваны, в частности, оказать содействие в изучении новейшей истории России. В соответствии с п. 2 ч. 2 ст. 3 "Цели и предмет деятельности Центра" Центр среди прочего создает, хранит, использует и публично представляет в установленном законодательством Российской Федерации порядке музейные предметы, связанные с жизнью и общественно-политической деятельностью Президента РФ, прекратившего исполнение своих полномочий. При Центре формируется музейная коллекция. Как указано в ст. 8 Закона, музейная коллекция Центра формируется из предметов, связанных с жизнью и общественно-политической деятельностью Президента РФ, прекратившего исполнение своих полномочий, а также из предметов, которые относятся к периоду осуществления им своих полномочий, имеют историческое значение и подпадают под категории предметов, определенных в ст. 7 Закона "О вывозе и ввозе культурных ценностей".

Формирование музейной коллекции Центра осуществляется за счет музейных предметов, безвозмездно переданных Центру при его создании Администрацией Президента РФ, Правительством РФ, Президентом РФ, прекратившим исполнение своих полномочий, или его наследниками, собственниками таких предметов и (или) приобретенных Центром.

Музейная коллекция Центра включается в состав Музейного фонда РФ в порядке, установленном законодательством Российской Федерации о Музейном фонде Российской Федерации и музеях в Российской Федерации.

В свою очередь, Федеральный закон от 26 мая 1996 г. N 54-ФЗ "О Музейном фонде Российской Федерации и музеях в Российской Федерации" в ст. 3 "Основные понятия" под музейным предметом понимает культурную ценность, качество либо особые признаки которой делают необходимым для общества ее сохранение, изучение и публичное представление. Музейная коллекция согласно тому же Закону - это совокупность культурных ценностей, которые приобретают свойства музейного предмета, только будучи соединенными вместе в силу характера своего происхождения, либо видового родства, либо по иным признакам.

Как видим, к культурным ценностям относятся и предметы, связанные с новейшей историей России.

В то же самое время Закон об объектах культурного наследия в п. 7 ст. 18 устанавливает правило, согласно которому в Единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации могут быть включены выявленные объекты культурного наследия, с момента создания которых или с момента исторических событий, связанных с которыми, прошло не менее 40 лет, за исключением мемориальных квартир и мемориальных домов, которые связаны с жизнью и деятельностью выдающихся личностей, имеющих особые заслуги перед Россией, и которые считаются выявленными объектами культурного наследия непосредственно после смерти указанных лиц.

Культурные ценности защищены средствами уголовного права России, которое устанавливает ответственность за преступные посягательства на них.

На сегодняшний день, как говорилось выше, существует три нормы Уголовного кодекса РФ, которые специально защищают культурные ценности: хищение предметов, имеющих особую ценность (ст. 164 УК РФ); невозвращение на территорию Российской Федерации предметов художественного, исторического и археологического достояния народов Российской Федерации и зарубежных стран (ст. 190 УК РФ); уничтожение или повреждение памятников истории и культуры (ст. 243 УК РФ). Отвечая на вопрос "С каким преступлением, посягающим на культурные ценности, Вы встречались в Вашей профессиональной деятельности чаще всего?", 40% опрошенных назвали преступление, предусмотренное ст. 164 УК РФ; 20% - преступление, предусмотренное ст. 243 УК РФ (в последнем случае опрошенные, судя по всему, имели в виду уничтожение или повреждение недвижимых памятников истории и культуры).

Культурные ценности являются криминообразующим признаком ряда составов преступлений и, выступая в качестве предмета преступления, позволяют отграничить друг от друга смежные составы преступлений.

2 Совершенствования российского уголовного законодательства, касающегося охраны культурных ценностей

Наиболее проблемными с точки зрения совершенствования законодательных конструкций в УК РФ являются составы хищения предметов, имеющих особую ценность, и уничтожения или повреждения памятников истории и культуры.

Уголовная ответственность за хищение предметов, имеющих особую ценность, существует в уголовном законодательстве России с момента вступления в силу Закона РФ от 1 июля 1994 г. «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс РСФСР и Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР», т.е. с 15 июля 1994 г.1 В настоящее время она предусмотрена ст. 164 УК РФ.

В юридической литературе данное преступление считается одним из наиболее опасных преступлений против собственности. Высокая степень общественной опасности подобных деяний не вызывает сомнений. Однако представляется спорным подход законодателя к определению объекта посягательства.

Исходя из местоположения ст. 164 в УК РФ, родовым объектом рассматриваемого вида хищения является сфера экономики, видовым - отношения собственности.

А.В. Гайдашов выделяет также дополнительный объект: «комплекс общественных отношений, затрагивающих материальную и духовную культуру общества, так как вред наносится не только отношениям собственности, но и всему культурному достоянию страны».

С.М. Кочои не оспаривает необходимость выделения дополнительного объекта названного преступления, но считает таковым общественную нравственность. По его мнению, «основанием для такого вывода может служить решение законодателя о включении уничтожения или повреждения памятников истории и культуры (ст. 243 УК РФ) - преступления, наиболее близкого по своему предмету к хищению, предусмотренному ст. 164 УК РФ, - в главу "Преступления против здоровья населения и общественной

нравственности"». С.М. Кочои также выразил сомнение в целесообразности разграничения законодателем основных объектов этих двух преступлений.

С последним выводом названного автора стоит согласиться. Но реальный ущерб от хищений предметов или документов, имеющих особую ценность, причиняется в первую очередь не экономике страны и не отношениям собственности, а комплексу общественных отношений в области духовной культуры общества. Этим и обусловлено выделение законодателем данных деяний в специальный состав преступления. Поэтому теоретически эти отношения следует считать основным объектом рассматриваемых хищений.

К такому же выводу пришли и другие авторы. Они убеждены, что он «имеет приоритет перед другими объектами - государственной собственностью или личной собственностью граждан, и поэтому юридическая оценка хищения памятников истории и культуры, в принципе, должна определяться именно этим объектом». По тем же причинам аналогичным будет основной объект и у состава уничтожения или повреждения памятников истории и культуры. Следовательно, учитывая положения действующего УК, главным объектом хищения, а также уничтожения или повреждения культурных ценностей будет одна и та же сфера - общественная нравственность.

Следует отметить, что хищение оружия и наркотиков в свое время квалифицировалось как одно из преступлений против собственности. Очевидность специфики объектов каждого из данных посягательств побудила законодателя отнести хищение либо вымогательство оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств (ст. 226 УК РФ) к преступлениям против общественной безопасности, а хищение либо вымогательство наркотических средств или психотропных веществ (ст. 229 УК РФ) - к преступлениям против здоровья населения и общественной нравственности. В настоящее время во всем мире, в том числе и в России, хищения культурных ценностей по степени общественной опасности ставятся в один ряд с незаконными операциями с оружием и наркотиками.

В связи с этим считаем целесообразным статью, предусматривающую уголовную ответственность за хищение культурных ценностей, поместить в гл. 25 УК РФ «Преступления против здоровья населения и общественной нравственности».

Объективная сторона преступления выражается в незаконном безвозмездном изъятии предметов или документов, имеющих особую историческую, научную, художественную или культурную ценность независимо от способа хищения. Хищение может быть совершено в любой форме путем кражи, грабежа, разбоя, мошенничества, присвоения или растраты.

Возникает вопрос, может ли вымогательство предметов, имеющих особую ценность, квалифицироваться по ст. 164 УК РФ? По данной статье может быть квалифицировано только хищение, а вымогательство к таковым не относится ввиду отсутствия у него, главным образом, материального признака (наступление общественно опасных последствий деяния). Поэтому на поставленный вопрос следует ответить отрицательно.

Однако остается непонятным логика законодателя относительно оставления им без внимания возможности квалифицировать вымогательство культурных ценностей по ст. 164 УК. Между тем специальными составами хищений (ст. 221, 226, 229 УК) предусматривается совершение как хищения, так и вымогательства имущества. Кроме того, если вымогательство культурных ценностей совершено без квалифицирующих признаков (ч. 1 ст. 163 УК), то верхний предел наказания в виде лишения свободы осужденному составит не более четырех лет, в то время как нижний предел наказания в виде лишения свободы за кражу, мошенничество, присвоение или растрату, грабеж или разбой в соответствии со ст. 164 УК составляет шесть лет. Указанная разница представляется нам неоправданной, в связи с чем считаем необходимым выделить вымогательство культурных ценностей вместе с их хищением в специальный состав.

Спорным в юридической литературе является вопрос о том, на какой стадии умышленной преступной деятельности следует считать хищение оконченным, если оно совершено путем разбойного нападения, - на этапе нападения с целью его хищения или в момент незаконного завладения им.

Сторонники первой точки зрения утверждают, что при совершении рассматриваемого хищения путем разбойного нападения преступление окончено в момент завладения похищенным имуществом, т.е. как и при краже, грабеже, мошенничестве и т. п.6. Они ссылаются на то, что в примечании 1 к ст. 158 УК сказано, что под хищением понимается совершенное с корыстной целью противоправное безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившее ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества. Следовательно, для квалификации по ст. 164 УК необходимо наличие ущерба, причиненного завладением имущества. Приверженцы другой точки зрения считают, что данное преступление окончено в момент нападения, независимо от того, смог ли виновный изъять предметы, имеющие особую ценность, так как состав разбоя является формальным.

Пленум Верховного Суда РСФСР в п. 16 своего постановления от 22 марта 1966 г. «О судебной практике по делам о грабеже и разбое» разъяснил, что «грабеж признается оконченным с момента завладения имуществом, а разбой - с момента нападения с целью завладения имуществом, соединенного с насилием, опасным для жизни и здоровья потерпевшего, или с угрозой применения такого насилия». Действительно, высокая степень общественной опасности разбоя, наличие дополнительного объекта, в качестве которого выступает здоровье человека, не позволяют оформить его состав как материальный. Поэтому данное преступление в любом случае необходимо признавать оконченным с момента, указанного в названном выше разъяснении Пленума Верховного Суда РСФСР.

В диспозиции ст. 164 УК говорится о хищении предметов или документов, имеющих особую ценность, значит, речь идет также о разбое, поскольку разбой считается хищением на законодательном уровне (п. 4 примечания к ст. 158 УК). Данный пункт гласит, что «лицом, ранее судимым за хищение либо вымогательство в статьях настоящей главы, а также в других статьях настоящего Кодекса признается лицо, имеющее судимость за одно или несколько преступлений, предусмотренных статьями 158-164, 209, 221, 226 и 229 настоящего Кодекса».

В данном случае, на наш взгляд, законодатель условно отнес разбой к одной из разновидностей хищений. Реально же разбой нельзя считать хищением, поскольку им, в соответствии со ст. 162 УК, считается лишь «нападение в целях хищения», а наличие завладения имуществом для квалификации по данной статье не требуется. Однако можно предположить, что законодатель, употребляя формулировку «хищение предметов или документов» в ст. 164 УК, с той же долей условности допускал «хищение путем разбоя» без завладения имуществом. С этой точки зрения совершение преступления, предусмотренного ст. 164 УК, путем разбойного нападения можно считать оконченным с момента такого нападения (с момента угрозы применения насилия).

Существование таких «условностей» в УК РФ представляется неприемлемым. На наш взгляд, разбой на законодательном уровне не должен признаваться хищением.

Учитывая опыт отделения вымогательства от хищений, предлагаем изменить формулировку, данную в примечании 4 к ст. 158 УК на следующую:

«Лицом, ранее судимым за хищение, разбой либо вымогательство в статьях настоящей главы, а также в других статьях настоящего Кодекса признается лицо, имеющее судимость за одно или несколько преступлений, предусмотренных статьями 158-164, 209, 221, 226 и 229 настоящего Кодекса».

Как уже было отмечено выше, уголовная ответственность по ст. 164 УК наступает независимо от способа хищения. Данное положение вызывает определенные возражения. Так, согласно санкции указанной статьи, лицу, похитившему предметы или документы путем кражи, и лицу, совершившему данное преступление путем разбоя, в принципе может быть назначено одинаковое наказание - в виде лишения свободы на срок от шести до десяти лет с конфискацией имущества или без таковой. Таким образом, для законодателя безразлично, что в отличие от кражи, например, разбой, имеет дополнительный объект, поскольку преступному посягательству в этом случае подвергается также и здоровье человека. О разной степени общественной опасности говорят и санкции, предусмотренные за различные способы совершения хищений. Например, максимальный срок наказания в виде лишения свободы за кражу в основном составе равняется трем годам, за грабеж - четырем годам, а за разбой - восьми годам.

Отсутствие необходимой дифференциации уголовной ответственности по ст. 164 УК позволяет некоторым авторам утверждать, что хищение предметов или документов, имеющих особую ценность, содержащее признаки п. «в» ч. 3 ст. 161 УК, либо п. «б», «в» или «г» ч. 2, либо п. «в» или «г» ч. 3 ст. 162 УК, нужно квалифицировать по совокупности преступлений. Обоснованием этому служит то обстоятельство, что санкции указанных статей по сравнению с санкцией ч. 1 ст. 164 УК являются более строгими.

Другие авторы считают, что в данном случае должна иметь место квалификация указанного деяния как одного преступления. Например, если «совершено нападение в целях хищения предметов, имеющих особую ценность, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего, то... имеет место одно преступление, предусмотренное п. "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ». Приведенное мнение обосновывается тем, что в данном случае преступник имеет умысел на совершение одного хищения, поэтому нет законных оснований для привлечения его к ответственности за два преступления.

В последнем случае аргументация нам кажется более убедительной. Однако существование ситуации, при которой возникают подобные противоречия, нельзя считать нормальным явлением.

В отличие от ст. 164 УК, в других специальных составах хищений (ст. 221, 226, 229 УК) предусматривается дифференциация уголовной ответственности в зависимости от применения к потерпевшему насилия. Так, квалифицирующим признаком в них является применение насилия, неопасного для жизни или здоровья, либо угроза применения такого насилия. Особо квалифицирующим признается признак применения насилия, опасного для жизни или здоровья, либо угрозы применения такого насилия.

Поэтому считаем целесообразным на примере ст. 221, 226, 229 УК дифференцировать уголовную ответственность за хищение культурных ценностей.

Обращает на себя внимание недостаток законодательной конструкции состава преступления, предусмотренного ст. 164 УК. Он заключается в отсутствии дифференциации уголовной ответственности в зависимости от наличия в составе рассматриваемого хищения квалифицирующих признаков, которые выражаются в совершении преступления группой лиц по предварительному сговору или организованной группой.

Несомненно, хищение культурных ценностей организованной группой опаснее, чем то же деяние, совершенное группой лиц по предварительному сговору. Именно этот факт учтен законодателем при конструировании составов преступлений, находящихся в ст. 158-163, 165 УК. Поэтому дифференциация уголовной ответственности в зависимости от вида группы в ст. 164 УК была бы уместной.

Подобная проблема имеет место в связи с применением п. «б» ч. 2 ст. 164 УК, который предусматривает более строгую ответственность за неоднократное совершение рассматриваемого хищения. В соответствии с примечанием к ст. 158 УК неоднократным признается совершение преступления, если ему предшествовало совершение одного или более преступлений, предусмотренных ст. 158-166, 209, 221, 226, 229 УК.

Однако в ст. 158-165 УК (кроме ст. 164 УК) помимо квалифицирующего признака неоднократности фигурирует также особо квалифицирующий признак - совершение хищения лицом, два или более раза судимым за хищение либо вымогательство.

Отсутствие последнего в составе хищения предметов или документов, имеющих особую ценность, на наш взгляд, ничем не оправдано. Два указанных признака имеют разную степень общественной опасности, поэтому уголовная ответственность по ст. 164 в зависимости от их наличия также нуждается в дифференциации.

Не стоит забывать, что каждая икона, полотно или статуя являются частью культурного достояния любой страны, которой они принадлежат, а иногда и всего мира.

Некоторые предметы или документы приобретают особую ценность лишь со временем. Так, полотнам Ван Гога при жизни автора попросту не придавали значения, а сейчас они просто бесценны. Поэтому хищение культурных ценностей, не имеющих статуса особо ценных, также должно быть выделено в специальный состав преступления, как и хищение особо ценных предметов.

Уничтожение или повреждение памятников истории и культуры - одно из преступлений против общественной нравственности (ст. 243 УК). Общественная опасность указанных деяний состоит в том, что этими действиями не только причиняется имущественный ущерб государству, но и наносится вред предметам национальной гордости, символам исторических и культурных традиций. Общественная опасность данного преступления усугубляется еще и тем, что в связи с уникальностью многих памятников восстановить их крайне трудно, а иногда и невозможно.

Вред памятникам может наноситься по неосторожности. В таком случае данное деяние не образует состава преступления, предусмотренного ст. 243 УК РФ. Однако если вред причинен в крупном размере (ущерб может иметь стоимостную оценку и составлять сумму, в пятьсот раз превышающую минимальный размер оплаты труда), то уголовная ответственность может наступить по ст. 168 УК за уничтожение или повреждение имущества по неосторожности.

Уничтожение или повреждение особо ценных объектов или памятников общероссийского значения является единственным квалифицирующим признаком состава преступления, предусмотренного ст. 243 УК РФ. Однако законодательный опыт показывает, что уничтожение или повреждение любого имущества, совершенное общеопасным способом или повлекшее какие-либо тяжкие последствия, гораздо опаснее, чем те же действия, но без наличия этих признаков. Это объясняется тем, что в данном

случае происходит посягательство еще на два объекта - жизнь и здоровье человека, а также общественную безопасность.

О высокой степени общественной опасности умышленного уничтожения или повреждения имущества, совершенного общеопасным способом или повлекшего какие-либо тяжкие последствия, свидетельствуют санкции ст. 167 УК. Максимальный срок наказания в виде лишения свободы, предусмотренный санкцией ч. 1 указанной статьи, составляет два года. При совершении преступления путем поджога, взрыва или иным общеопасным способом либо если деяния, указанные в ч. 1 статьи, повлекли по неосторожности смерть человека или иные тяжкие последствия, согласно ч. 2 статьи предельный срок лишения свободы составит уже пять лет.

В связи с этим представляется целесообразным предусмотреть в ст. 243 УК квалифицированный состав преступления, содержащий признаки деяния, совершенного путем поджога, взрыва или иным общеопасным способом либо если оно повлекло по неосторожности смерть человека или иные тяжкие последствия.

Представляется, что максимальное наказание в виде лишения свободы за уничтожение или повреждение памятников истории и культуры при наличии названных признаков должно быть строже, чем за те же деяния в отношении обычного имущества (ч. 2 ст. 167 УК), т.е. выше 5 лет. Это можно доказать тем, что в данном случае совершается посягательство на еще один объект - общественную нравственность. На наш взгляд, оптимальным при этом будет максимальный срок наказания в виде лишения свободы в размере 7 лет.

Таким образом, проведенный выше анализ некоторых аспектов уголовной ответственности за посягательства на культурные ценности позволил сделать вывод о том, что положения ст. 164 и 243 УК не являются логически безупречными. Следовательно, усовершенствование норм, содержащихся в данных статьях, будет способствовать повышению эффективности уголовно-правовой охраны культурного наследия России.

Глава 2. Уголовно-правовая характеристика посягательств на культурные ценности и проблемы совершенствования уголовного законодательства

2.1 Некоторые квалифицирующие признаки хищения культурных ценностей

Ежедневно в мире похищается 450-500 произведений живописи, ваяния, антиквариата, религиозного культа, археологических ценностей и других произведений культуры разных эпох. По мнению О.В. Давлетшиной, на Западе культуру считают "зоной преступности номер три" после наркобизнеса и торговли оружием. В.В. Кулыгин, ссылаясь на данные Интерпола, считает, что преступления данной категории по объему получаемого незаконного дохода и вовсе вышли на второе место, уступив "лидерство" только наркобизнесу.

В нашей стране согласно проведенным исследованиям ежегодно похищается произведений искусства на сумму около 4 млрд. долл. США. В розыске находятся более 45 тыс. произведений искусства. Ежемесячно этот скорбный список пополняется еще на 2 тыс. новых предметов. В России на сегодняшний день выявлено более 200 совместных преступных организаций, занимающихся контрабандой культурных ценностей. В странах Западной Европы, по оперативным данным МВД России и Государственного таможенного комитета России (ныне - Федеральная таможенная служба РФ), действуют 40 организованных групп контрабандистов, специализирующихся на вывозе культурных ценностей из России.

В таких условиях возрастает значимость правовых мер предупреждения хищений культурных ценностей, среди которых выделяются уголовно-правовые меры.

Уголовный кодекс РФ, как известно, содержит специальную норму, которая устанавливает уголовную ответственность за хищение предметов или документов, имеющих особую историческую, научную, художественную или культурную ценность, независимо от способа хищения (ч. 1 ст. 164 ). В соответствии с ч. 2 ст. 164 УК РФ уголовная ответственность наступает за хищение, совершенное группой лиц по предварительному сговору или организованной группой (п. "а" ), либо повлекшее уничтожение, порчу или разрушение предметов и документов, указанных в ч. 1 этой статьи (п. "в" ).

Как известно, эффективное применение правовой нормы зависит, прежде всего, от точности и ясности ее формулировки, а это значит, что не должно быть никакой двусмысленности в понимании излагаемых в норме терминов. К сожалению, следует признать, что этим ст. 164 УК РФ "похвастаться" как раз и не может.

В уголовно-правовой литературе уже возникали дискуссии относительно предмета изложенного преступления, момента окончания хищения культурных ценностей, его субъективной стороны и т.п. В настоящей статье мы хотели бы обратиться к квалифицирующему признаку хищения, изложенного в п. "в" ч. 2 ст. 164 УК РФ. Анализ соответствующих источников позволяет утверждать, что среди исследователей нет единства в понимании ряда объективных и субъективных признаков преступления, предусмотренного этим пунктом.

Особенностью хищения культурных ценностей, повлекшего их уничтожение, порчу или повреждение, является наличие дополнительных последствий, которые не охватываются основным составом хищения культурных ценностей. Как отмечает Н.А. Лопашенко, "в п. "в" ч. 2 ст. 164 предусмотрен состав с двумя уровнями последствий: первый уровень присущ любому хищению - это причинение имущественного ущерба собственнику или иному законному владельцу в результате изъятия предмета хищения виновным и его обращения в свою пользу или пользу других лиц; второй уровень специфичен для данного хищения и заключается в безвозвратной утере предмета хищения или причинении ему ущерба".

Перечисленные последствия, относящиеся к вещи, имеющей особую ценность, должны наступать в результате совершения хищения, т.е. между хищением и последствиями должна быть установлена необходимая причинная связь.

Принимая во внимание тот факт, что п. "в" ч. 2 ст. 164 УК РФ предусматривает наступление дополнительных преступных последствий, возникает закономерный вопрос: какой будет форма вины по отношению к уничтожению или повреждению предметов, имеющих особую ценность?

Решение этого вопроса представляет определенные трудности. Как отмечает Г.Л. Кригер, "корыстная сущность хищения мало согласуется с умышленным уничтожением особо ценных предметов. Косвенный умысел можно предположить разве что в случаях, когда ради одного предмета уничтожается или повреждается другой особо ценный предмет".

Вопрос о форме вины по отношению к наступившим дополнительным последствиям, предусмотренным в п. "в" ч. 2 ст. 164 УК РФ, не решен и в настоящее время остается открытым. Так, некоторые исследователи утверждают, что такие последствия охватываются только умышленной формой вины. А.Н. Игнатов, например, отмечает, что преступление может быть совершено только с прямым или косвенным умыслом. По мнению Б.В. Волженкина, наступление последствий охватывается в основном косвенным умыслом.

Однако согласно ч. 2 ст. 24 УК РФ деяние, совершенное только по неосторожности, признается преступлением лишь в случае, когда это специально предусмотрено соответствующей статьей. Следовательно, в рассматриваемом нами случае только неосторожной вины быть не может, поскольку об этом прямо не говорится: форма вины по отношению к последствиям, предусмотренным п. "в" ч. 2 ст. 164 УК РФ, не указана вообще.

В подобных случаях некоторыми авторами в литературе высказывается следующая точка зрения: если в отношении наступивших последствий вина не конкретизирована в тексте статьи Особенной части , то их наступление охватывается как умышленной, так и неосторожной виной. Так, например, В.В. Лунеев отмечает следующее: "Если... преступление совершается умышленно, но при этом имеются последствия, причиненные по неосторожности, то указания на неосторожную вину в статье не требуется. Например, нарушение правил несения службы по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности (ст. 343 УК РФ) может быть только умышленным, но причинение вреда правам и законным интересам граждан (ч. 1 ) или тяжких последствий (ч. 2 ) может быть полностью или частично неосторожным, но эти последствия охватываются данными составами, хотя в статье упоминания о неосторожности нет".

Если бы законодатель считал, что такое деяние может совершаться с двумя формами вины, то необходимо было сформулировать рассматриваемый признак следующим образом: "2. То же деяние: ...в) повлекшее по неосторожности уничтожение или разрушение предметов или документов, указанных в части первой настоящей статьи". Последствия в виде уничтожения или повреждения предметов, имеющих особую ценность, могут возникать при изъятии культурных ценностей, при их перевозке, при их неправильном хранении (в частности, при нарушении температурного режима хранения) и т.п.

Примером наступления таких последствий по неосторожности может выступать следующий случай из зарубежной практики защиты культурных ценностей.

В январе 1999 г. в Китае был казнен Гао Юнь-пяо, руководитель преступной группы, совершившей кражу каменной статуи Будды периода династии Тан (618-907 гг. н.э). Во время похищения статуя разбилась на три части. Содеянное было судом квалифицировано как кража редких культурных ценностей при отягчающих обстоятельствах. Подельники Гао, в свою очередь, были приговорены к лишению свободы на различные сроки.

Однако в случае, если считать уничтожение или повреждение умышленными, то придется признать, что виновный, похищая культурную ценность, желает наступления последствий в виде ее уничтожения или повреждения либо сознательно допускает такие последствия или относится к ним безразлично. Но если лицо изымает такую ценность с целью уничтожить ее или повредить (например, по психологическим причинам), а не с корыстной целью, то и состав хищения отсутствует. Ответственность наступает по ст. 167 УК РФ либо, при наличии к тому оснований, по ст. 243 УК РФ.

Если виновный сначала похищает предмет, имеющий культурную ценность, а затем, не сумев его сбыть, повреждает или уничтожает, то такие действия следует квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных ст.ст. 164 и 167 (либо, при наличии оснований, по ст. 243 ) УК РФ. Иллюстрацией тому может послужить судьба картины кисти Ж.Л. Жерома "Бассейн в гареме", украденной из Эрмитажа в 2001 г. Хищение получило широкую огласку, и продать картину стало невозможно. Ее, разрезанную на четыре части, анонимно передали в приемную лидера фракции КПРФ в Государственной Думе Г. Зюганова. В январе 2007 г. картина вернулась в Эрмитаж. Но в данном случае содеянное охватывается самостоятельной нормой об ответственности за уничтожение или повреждение предметов, имеющих особую ценность (или за уничтожение или повреждение имущества). Как полагает Г.Н. Борзенков, уничтожение или повреждение предметов хищения "образуют квалифицирующий признак, когда эти последствия наступили в результате хищения, но не являются самостоятельным деянием (ст. 243 УК)".

Утверждать, что указанное в п. "в" ч. 2 ст. 164 УК РФ последствие (и то только в виде повреждения) охватывается умыслом, можно, как представляется, в том случае, если способ хищения имущества сопряжен с повреждением похищаемых ценностей. Например, злоумышленники перед изъятием полотна разрезали его, чтобы легче было выносить.

Единства подходов по поводу определения формы вины при наступлении последствий, указанных в п. "в" ч. 2 ст. 164 УК РФ, вряд ли удастся достигнуть в обозримом будущем. Мы полагаем, что без вмешательства законодателя либо (что более вероятно) Верховного Суда РФ в данном случае не обойтись, ведь подобные противоречия могут возникнуть в связи с применением аналогичных предписаний других норм. В такой ситуации необходимо твердо знать, какая форма вины возможна по отношению к наступившим последствиям в виде уничтожения или повреждения похищенных ценностей.

Полагаем, что разъяснения со стороны, например, того же Верховного Суда РФ сняли бы споры среди ученых и правоприменителей, что позволило бы повысить эффективность соответствующих уголовно-правовых предписаний.

2 Некоторые аспекты уголовно-правовой характеристики преступного невозвращения из-за границы культурных ценностей (ст. 190 УК РФ)

В Законе РФ от 15.04.1993 N 4804-1 "О вывозе и ввозе культурных ценностей" (в ред. от 01.07.2011 ) и других нормативных актах термины "предметы художественного, исторического и археологического достояния" не используются. Однако под такими предметами принято понимать категории предметов, подпадающих под действие названного Закона (см. ст. 7 указанного Закона).

Согласно Закону РФ "О вывозе и ввозе культурных ценностей" уполномоченный орган государственного контроля за вывозом и ввозом культурных ценностей (в настоящее время - Минкультуры России) составляет перечень культурных ценностей, подпадающих под действие этого Закона. Перечень культурных ценностей, подпадающих под действие Закона, вывоз которых осуществляется на основании свидетельств на право вывоза культурных ценностей с территории Российской Федерации, утвержден приказом Россвязьохранкультуры от 14.03.2008 N 117.

По ст. 190 УК может квалифицироваться неисполнение обязанности возвратить на территорию РФ только таких культурных ценностей, которые были временно вывезены за ее пределы на законном основании. Законными основаниями вывоза следует признавать не только формальное соблюдение разрешительной процедуры вывоза культурных ценностей, завершающейся выдачей соответствующего свидетельства, заключением договора. На оценку вывоза как незаконного влияет и то обстоятельство, что лицо, заключая договор, предусматривающий возвращение культурных ценностей в установленный в нем срок, не собирается ценности возвращать.

В ст. 27 Закона РФ "О вывозе и ввозе культурных ценностей" определены субъекты, имеющие право временного вывоза культурных ценностей, и цели вывоза. В ст. 9 этого Закона указано, какие категории культурных ценностей вывозу не подлежат. Вывоз культурных ценностей, не подпадающих под действие ст. 9 Закона, может осуществляться в соответствии с решением о возможности их вывоза, принимаемым государственными органами, определенными данным законом (ст. 17 Закона).

Преступление считается оконченным по истечении срока, до наступления которого лицо, получившее разрешение на временный вывоз культурных ценностей, было обязано согласно договору возвратить ценности на территорию РФ (о предмете, субъектах и пр. такого договора см. ст. 27 Закона РФ "О вывозе и ввозе культурных ценностей"). Лицо несет ответственность в том случае, если объективные обстоятельства не препятствуют ему выполнить свои обязательства по возврату ценностей в означенный в договоре срок.

Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом.

Субъектом преступления является лицо, обязанное в соответствии с вышеназванным договором вернуть ценности в Россию.

Если лицо, на котором лежит обязанность возвратить на территорию РФ предметы, не являясь собственником временно вывезенного имущества, совершит, находясь за границей, хищение этих предметов, то оно должно нести ответственность и по комментируемой статье, и за преступление против собственности (с учетом ч. 1 ст. 12 УК). Однако если вывоз культурных ценностей за границу по замыслу посягателя был лишь частью объективной стороны хищения, то деяние квалифицируется только как хищение, поскольку действия, являющиеся частью объективной стороны преступления, нельзя расценить как временный вывоз ценностей, совершенный на законных основаниях.

Уголовная ответственность за невозвращение из-за границы предметов художественного, исторического и археологического достояния народов РФ и зарубежных стран, временно вывезенных из РФ, установлена ст. 190 УК РФ. Преступление относится к категории тяжких и представляет серьезную угрозу сохранности культурного наследия.

Таким образом, предметами преступного посягательства, предусмотренного ст. 190 УК РФ, считаются временно вывезенные по специальному разрешению за пределы РФ культурные ценности, являющиеся достоянием народов РФ или зарубежных стран и обладающие художественной, исторической или археологической ценностью, обратное возвращение которых из-за границы к установленному сроку обязательно в соответствии с российским законодательством.

Для своевременного выявления и эффективного расследования невозвращения из-за границы культурных ценностей особое значение имеет наличие у следователей и оперативных сотрудников источников типичной исходной информации о подготовке или совершении таких преступлений. Круг данных источников предопределен спецификой правоотношений, связанных с временным вывозом за рубеж культурных ценностей, и включает заявления:

) собственников ценностей или их представителей, руководителей государственных и муниципальных музеев, галерей и других учреждений культуры, владеющих ценностями на праве оперативного управления (в них могут содержаться сведения о предметах преступного посягательства и их криминалистически значимых признаках, лицах, которым было поручено принятие мер, необходимых для возврата временно вывезенных ценностей, возможных причинах непринятия таких мер и др.);

) руководителей вышестоящих, контрольно-ревизионных и надзорных органов, осуществляющих проверку фактического наличия культурных ценностей в подведомственных или подконтрольных им учреждениях культуры, а равно у физических и юридических лиц, выступающих собственниками таких ценностей (может содержаться информация о выявленной недостаче ценностей и их признаках, отсутствии или сомнительном характере документов, подтверждающих факт их обратного ввоза в РФ, лицах, несущих персональную ответственность за их сохранность, и др.);

) руководителей Росохранкультуры или ее территориальных органов, выдавших свидетельства на право временного вывоза культурных ценностей (в них может сообщаться о несоблюдении целей временного вывоза ценностей, непринятии их собственником мер по обратному ввозу в РФ, непредставлении в Росохранкультуру сведений о причинах, исключающих возможность возврата ценностей, или их сомнительном характере, установленной экспертами подмене оригиналов культурных ценностей их копиями по возвращении в РФ после временного вывоза и др.);

) научных сотрудников, хранителей фондов и других работников учреждений культуры, в которых находились культурные ценности до вывоза за границу (в них может говориться о ставших им известными по роду службы фактах невозвращения в срок культурных ценностей, временно вывезенных за рубеж из их учреждения, непринятии администрацией каких-либо мер, направленных на их возвращение, и пр.).

Таким образом, в силу специфики юридической природы и механизма совершения преступления, предусмотренного ст. 190 УК РФ, наиболее полная, точная и достоверная исходная информация о его подготовке или совершении может содержаться либо в материалах административно-юрисдикционной, уголовно-процессуальной или оперативно-розыскной деятельности таможенных органов, либо в материалах контрольной деятельности Росохранкультуры. Не случайно таможенный контроль получил признание в качестве организационной основы выявления и расследования преступного невозвращения культурных ценностей.

Что касается способа совершения преступления, закрепленного ст. 190 УК РФ, как элемента его криминалистической характеристики, то в самом общем виде его можно охарактеризовать как преступное бездействие в виде неисполнения юридической обязанности по своевременному и полному обратному ввозу из-за границы на территорию РФ к установленному сроку временно вывезенных из нее предметов художественного, исторического или археологического достояния. Для маскировки своего преступного бездействия виновный субъект может прибегнуть к ряду ухищрений, всевозможным способам сокрытия преступления. Своеобразное сочетание способа деяния со способом его сокрытия предопределяет специфику механизма совершения преступного невозвращения культурных ценностей, детерминированного также специальным порядком их временного вывоза за рубеж, наличием строгого системного контроля со стороны органов государственной власти в лице Росохранкультуры и таможенных органов за исполнением обязанности по своевременному обратному ввозу временно вывезенных культурных ценностей и другими факторами. Как правило, интеллектуальное или физическое сокрытие выступает необходимым условием применения того или иного способа совершения преступного невозвращения культурных ценностей.

3.Уничтожение или повреждение памятников истории и культуры

Памятниками истории и культуры признаются объекты, обладающие совокупностью двух признаков:

) культурной значимостью;

) особым правовым статусом.

Во-первых, это объекты материального мира (сооружения, памятные места и предметы), связанные с историческими событиями в жизни народа, развитием общества и государства, произведения материального и духовного творчества (искусства и литературы), обладающие исторической, художественной, научной или иной культурной ценностью.

Во-вторых, они должны быть зарегистрированы в качестве таковых и внесены в перечень (свод) объектов исторического и культурного федерального (общероссийского) значения. Подобный перечень по представлению Правительства РФ утверждается Президентом РФ.

Памятники природы - это уникальные, невосполнимые, имеющие особое природоохранное, научное, культурное, эстетическое, рекреационное и оздоровительное значение природные комплексы, полностью или частично изъятые из хозяйственного использования, а также объекты естественного или культурного происхождения, в отношении которых установлен режим особой охраны (Федеральный закон от 15 февраля 1995 г. N 33-ФЗ "Об особо охраняемых природных территориях"). К ним относятся:

государственные природные заповедники;

национальные парки;

природные парки;

государственные природные заказники;

памятники природы;

дендрологические парки и ботанические сады;

территории и акватории, пригодные для организации лечения и профилактики заболеваний, а также для отдыха населения и обладающие природными лечебными ресурсами.

Предметами и документами, имеющими историческую или культурную ценность, признаются предметы и документы, связанные с событиями в жизни народов, развитием общества и государства, истории и науки, ремесел и техники, относящиеся к жизни и деятельности выдающихся личностей.

Преступление окончено с момента уничтожения или повреждения указанного в законе объекта.

Субъективная сторона преступления характеризуется прямым умыслом.

Субъект преступления - лицо, достигшее возраста 16 лет.

В ч. 2 статьи предусмотрен квалифицированный вид преступления: уничтожение или повреждение особо ценных объектов или памятников общероссийского значения. К таковым могут быть отнесены объекты и памятники, включенные в перечень (свод) объектов исторического и культурного наследия федерального (общероссийского) значения.

В уголовно-правовой науке уничтожение, порча и разрушение культурных ценностей при их хищении определяются следующим образом.

А.В. Наумов понимает под уничтожением указанных предметов и документов в результате совершенного хищения приведение их в полную негодность, выражающуюся в утрате их культурной ценности. При разрушении происходит такое изменение свойств указанных предметов и документов, при котором, хотя особая их ценность уменьшается и они становятся частично непригодными для целевого использования, однако могут быть восстановлены, например путем реставрации. Порча указанных предметов и документов, по мнению А.В. Наумова, является разновидностью разрушения.

А.П. Севрюков под уничтожением предметов или документов, имеющих особую ценность, также понимает приведение их в полную негодность, когда эти предметы полностью утрачивают свою ценность. Разрушение - синоним уничтожения. Порча - причинение такого вреда предметам, который не исключает возможности их применения по прямому назначению, не уничтожает их особую ценность, но понижает ее.

Б.В. Яцеленко рассматривает уничтожение предметов преступления как приведение их в полную негодность для целевого использования (сожжение, растворение в кислоте и т.п.). Разрушением, по мнению Б.В. Яцеленко, признается такое изменение свойств предметов преступления, при котором они становятся частично непригодными для целевого использования. При разрушении предмет или документ могут быть восстановлены. Как и А.В. Наумов, Б.В. Яцеленко рассматривает порчу указанных предметов или документов как разновидность разрушения.

Ю.Ю. Ткачев замечает, что термин "порча" является синонимом повреждения, так как вытекает из их толкования в русском языке, и поэтому считает, что более правильным было бы употреблять именно термин "повреждение". Это предложение представляется рациональным, поскольку такое понятие более привычно как для самого УК (например, ст.ст. 167 и 168 УК РФ предусматривают ответственность за умышленное или неосторожное уничтожение или повреждение имущества), так и для правоприменителя. Более того, как справедливо замечают А.П. Резван и А.С. Сенцов, это решение позволит соблюсти принцип единства терминологии при конструировании уголовно-правовых норм, посягающих на культурные ценности, поскольку ст. 243 УК РФ "Уничтожение или повреждение памятников истории и культуры" для описания таких же последствий употребляет термин "повреждение".

В отношении таких терминов, как "разрушение" и "уничтожение", в литературе, как следует из всего вышеизложенного, также не наблюдается единства мнений.

Так, например, А.П. Резван и А.С. Сенцов рассматривают разрушение как разновидность уничтожения. А.П. Севрюков, в свою очередь, рассматривает эти понятия в качестве синонимичных.

Ю.Ю. Ткачев пишет, что, "с точки зрения толкования русского языка, разрушение является синонимом уничтожения. Уголовный же закон в п. "в" ст. 164 УК разделяет эти понятия". В то же время Ю.Ю. Ткачев полагает, что разрушение следует рассматривать как частный случай уничтожения, но в таком случае речь не может идти о синонимичности этих терминов, поскольку разрушение рассматривается фактически как вид уничтожения. Примечательно, что автор здесь же делает оговорку, что при сохранении обоих понятий ("уничтожение" и "разрушение") в тексте закона термин "разрушение" следует применять к ситуациям уничтожения зданий, сооружений, архитектурных ансамблей, скульптур, скульптурных композиций, барельефов, монументов и т.п., предварительно выступивших предметами хищения, предусмотренного ст. 164 УК.

Анализируя приведенную позицию Ю.Ю. Ткачева, следует сказать, что не совсем ясен критерий, по которому будут "отбираться" предметы разрушения. Можно лишь предполагать, что термин "разрушение" будет обозначать вредные последствия для памятников монументального искусства, старинных особняков и т.д., т.е. предметов, которые сделаны из камня, кирпича, других строительных материалов. Хотя если отколот фрагмент от какой-нибудь скульптуры, то такое последствие можно расценивать как повреждение. Если же эта скульптура оказалась полностью разбитой и расколотой, то такие последствия можно расценивать как уничтожение.

Думается, что при такой каверзной ситуации следует все же руководствоваться правилами русского языка, которые действительно рассматривают понятия "уничтожение" и "разрушение" в качестве синонимов. Это позволяет рассматривать разрушение как уничтожение. Данный вывод подтверждается и диспозициями других статей.

Так, например, ст. 281 "Диверсия" говорит о совершении действий, направленных на разрушение или повреждение определенных предметов. По этому поводу С.С. Босхолов и С.В. Максимов отмечают следующее: "Под разрушением... объектов понимается приведение их в полную негодность".

В целом же в тексте статьи следует упоминать термин "уничтожение", что также будет соответствовать принципу единства терминологии при создании уголовно-правовых норм, поскольку упомянутая ранее ст. 243 УК РФ также оперирует понятием "уничтожение". За использование терминов "уничтожение" и "повреждение" выступает также Н.А. Лопашенко*(17). В целях повышения эффективности нормы законодателю следует, как уже говорилось, изложить п. "в" ч. 2 ст. 164 УК РФ в новой редакции, предусмотрев в качестве последствий уничтожение и повреждение похищенных ценностей.

Таким образом, можно сделать следующие выводы: уничтожение (разрушение) культурных ценностей - это приведение таких ценностей в полную негодность с использованием различных способов, их истребление, что влечет полную утрату ими своих свойств и непригодность для целевого использования. Повреждение культурных ценностей - это приведение их посредством различных способов в такое состояние, при котором они утрачивают часть своих свойств, становятся частично непригодными для целевого использования, но подлежат восстановлению.

В связи с этим необходимо подчеркнуть, что существует точка зрения, согласно которой отношение к наступившим последствиям в виде уничтожения или повреждения культурной ценности может быть как умышленным, так и неосторожным. Этой позиции придерживается, например, Н.А. Лопашенко. Такое же мнение и у А.П. Севрюкова, отмечающего, что в случае уничтожения, порчи или разрушения культурных ценностей дополнительной квалификации по ст.ст. 167 и 168 не требуется.

Иной взгляд у А.В. Наумова, который прямо говорит о том, что в тех случаях, когда диспозиция статьи Особенной части не конкретизирует форму вины, соответствующее преступление может быть только умышленным.

В пользу этой точки зрения можно выдвинуть следующие доводы.

Законодатель, как известно, должен дифференцировать уголовную ответственность в зависимости от формы вины по отношению к преступным последствиям. Следовательно, неосторожные уничтожение или повреждение культурных ценностей должны наказываться менее строго, чем их умышленные аналоги, поэтому объединять такие деяния под "крышей" одного пункта соответствующей части ст. 164 нет оснований. В этой связи можно согласиться с Т.А. Лесниевски-Костаревой, которая пишет следующее: "В теории уголовного права (равно как и в самом УК РФ. - Л.К.) случаи неосторожного отношения к квалифицирующим обстоятельствам в умышленном преступлении именуют двойной формой вины. Такая вина, на наш взгляд, возможна лишь в умышленных преступлениях, влекущих два последствия - непосредственное и более отдаленное. В таких случаях умышленное деяние виновного влечет осознаваемое и желаемое им первое последствие и нежелаемое, но входящее в объем предвидения более отдаленное последствие. Во всех остальных случаях субъективное отношение к объективной стороне умышленного преступления, и в том числе к квалифицирующим обстоятельствам, должно быть единым". Как нетрудно заметить, законодатель, предусматривая наступление последствий по неосторожности, всегда отражает этот факт в диспозиции статьи и прямо называет неосторожную форму вины.

Заключение

Современное развитие России происходит под заметным влиянием процессов глобализации. Эти процессы во многом необратимы и могут воздействовать на государства, включенные в них, как положительно, так и отрицательно. Угрозы глобализации разнообразны, но среди них особо выделяются угрозы в сфере культуры. Это прежде всего универсализация и унификация культур. Развитие глобализации грозит государствам с самобытной культурой духовным оскудением и подчинением единому мировому порядку развития, заданному западными апологетами глобализации, и прежде всего США.

Потеря национальной идентичности вследствие глобализационных процессов в сфере культуры может привести к утрате возможности позиционировать себя в качестве активных субъектов нового глобального мироустройства. В связи с этим особую актуальность приобретает обеспечение национальной безопасности в сфере культуры и защита культурных ценностей.

Россия в период глобализации должна быть способной отстаивать, пропагандировать, распространять на другие страны и регионы свои культурные ценности и влияние, создавать положительный имидж нации и стимулы к взаимообменам, проводить самостоятельную культурную политику как внутри страны, так и вовне. Сбалансированная культурная политика предполагает равноправие, уважение и сохранение каждой культуры и каждой культурной ценности; развитие каждым народом своей культуры; равновесие между техническим и морально-интеллектуальным прогрессом народа и государства (принцип равенства всех отраслей культуры); уважение культурной самобытности народов; взаимовыгодность культурных обменов.

Обеспечение национальной безопасности в сфере культуры заключается также в реализации конституционного права граждан на доступ к культурным ценностям и конституционной обязанности каждого заботиться о сохранении культурных ценностей, беречь их, а также в реализации прав Российской Федерации и ее народа на сохранение и развитие своей культурно-национальной самобытности, защиту, восстановление и сохранение историко-культурной среды обитания без какого-либо вмешательства извне.

Учитывая огромное количество определений слова "культура", целесообразно рассматривать этот феномен с позиции аксиологической школы, утверждающей, что культура представляет собой совокупность материальных и духовных ценностей. Эта школа является самой распространенной в культурологии. Таким образом, можно заключить, что именно культурные ценности становятся фундаментом всякой культуры. В настоящем исследовании изучались проблемы, связанные с материальными культурными ценностями.

Охрана культурных ценностей предполагает различные меры, среди которых выделяются правовые. Это объясняется как важностью объекта охраны, так и весьма обширной нормативно-правовой базой, включающей в себя около 200 нормативных актов внутригосударственного и международного характера (проблема защиты культурных ценностей уже давно стала транснациональной).

Кроме того, культурные ценности охраняются различными отраслями права, среди которых особого внимания заслуживают меры уголовно-правового характера.

Впервые культурные ценности получили защиту в международных соглашениях, касающихся правил и обычаев войны. Современное национальное уголовное законодательство содержит три нормы, которые специально призваны защитить культурные ценности: хищение предметов, имеющих особую ценность (ст. 164 УК РФ); невозвращение на территорию Российской Федерации предметов художественного, исторического и археологического достояния народов Российской Федерации и зарубежных стран (ст. 190 УК РФ); уничтожение или повреждение памятников истории и культуры (ст. 243 УК РФ), хотя преступления, посягающие на культурные ценности, могут квалифицироваться и по другим статьям Уголовного кодекса РФ.

Особенностью преступлений, посягающих на культурные ценности Российской Федерации, является отсутствие единообразного понимания предмета подобных преступлений, что не способствует эффективности охраны этих ценностей. Такое положение дел наблюдается не только на национальном, но и на международном уровне. Анализ соответствующих норм Уголовного кодекса РФ, международно-правовых документов и доктринальных положений позволяет сделать вывод о том, что общим предметом преступлений будут культурные ценности. Это нашло отражение в авторском определении культурных ценностей.

По результатам сравнительно-правового анализа защиты культурных ценностей можно сделать следующие выводы.

Уголовное законодательство практически всех изученных стран имеет возможность защитить культурные ценности от преступных посягательств. Исходя из особенностей национального уголовного законодательства, изученные нами страны можно разделить на три группы:

а) страны, уголовное законодательство которых содержит отдельные главы, специально сконструированные для охраны культурных ценностей. Это Китай, отчасти Испания. Наряду с отдельным параграфом "О преступлениях, касающихся исторического наследия" (ст. ст. 321 - 324) Уголовный кодекс Испании содержит, как мы знаем, и иные нормы, находящиеся в других главах и разделах, которые защищают культурные ценности;

б) страны, уголовное законодательство которых включает нормы, прямо предусматривающие ответственность за посягательства на культурные ценности, но не имеет отдельных разделов и глав, специально посвященных охране подобных ценностей (таких стран подавляющее большинство);

в) страны, уголовное законодательство которых не содержит норм, где в качестве предмета посягательства указаны культурные ценности (например, Япония, Швеция). Тем не менее уголовное законодательство этих стран может защитить такие ценности с помощью статей, предусматривающих уголовную ответственность, например за преступления против собственности.

Зарубежное уголовное законодательство, защищающее культурные ценности, может быть как кодифицированным, так и некодифицированным. В некоторых странах эти два вида сосуществуют, например в Германии и Польше.

Во многих странах запрещен вывоз ценностей культуры за рубеж без специального разрешения, что устанавливается на уровне отдельных нормативных актов (Великобритания, Германия, Италия, Франция, Испания). Некоторые государства, например Болгария и Украина, устанавливают уголовную ответственность за присвоение найденной культурной ценности.

Для ряда стран, например для всех стран СНГ, обязанность охранять культурные ценности напрямую вытекает из предписаний национальных конституций.

Наиболее суровое наказание, вплоть до пожизненного лишения свободы и смертной казни, за некоторые посягательства на культурные ценности содержится в уголовном законодательстве Китая. В Китае также предусмотрена ответственность и юридических лиц за подобные посягательства.

В уголовных кодексах некоторых государств ответственность за посягательства на культурные ценности приравнивается к ответственности за один из видов военных преступлений (Литва, Латвия, Польша, Испания, Армения).

Для совершенствования действующего уголовного законодательства об ответственности за посягательства на культурные ценности необходимо создать в рамках Уголовного кодекса РФ специальный раздел "Преступления против культурных ценностей". Такой шаг законодателя выглядел бы вполне логичным, учитывая направленность подобных преступных посягательств. Все четыре нормы объединяет предмет - культурные ценности, который будет положен в основу построения родового объекта. Ведь род - это однородная группа, где всеобщим признаком выступает предмет.

Родовым объектом преступлений, посягающих на культурные ценности, можно назвать общественные отношения, возникающие по поводу создания, воссоздания, использования, владения, распоряжения, сохранения, популяризации и пропаганды культурных ценностей (как движимых, так и недвижимых).

Непосредственными объектами будут различные блага, в зависимости от того, какое конкретно преступление совершается. Дополнительным обязательным непосредственным объектом являются общественные отношения, возникающие по поводу осуществления права на доступ к культурным ценностям.

Практически все нормы уголовного закона, предусматривающие ответственность за посягательства на культурные ценности, нуждаются, на наш взгляд, в совершенствовании. Заметим, что предложений по такому совершенствованию высказывается немало, поэтому следует быть особо осторожным при создании тех или иных уголовно-правовых предписаний и выбрать наиболее оптимальный вариант их усовершенствования.

Исследование также показало, что в уголовно-правовой науке и в повседневной деятельности правоприменительных органов ряд положений соответствующих норм Уголовного кодекса РФ трактуется неоднозначно, что может привести к неправильной квалификации содеянного и повлечь, в свою очередь, нарушение прав и свобод граждан. Никакого "двойного" толкования норм, охраняющих культурные ценности, быть не должно. Противоречия между разными подходами к квалификации тех или иных деяний могли бы быть устранены на уровне постановлений Пленума Верховного Суда РФ.

Особую тревогу вызывают пробелы и противоречия при характеристике субъективной стороны подобных преступлений. Например, четко не определена ситуация с формой вины уничтожения и повреждения памятников истории и культуры. Как уже указывалось в работе, часть ученых полагает, что данное деяние может совершаться только умышленно, тогда как другая часть считает, что оно может охватываться и неосторожной формой вины. Подобные противоречия недопустимы и должны быть устранены.

Такой незыблемый и фундаментальный принцип уголовного права, как принцип вины, также может быть нарушен, и, как свидетельствует следственно-судебная практика, он нарушается при квалификации преступлений, посягающих на культурные ценности: нередко лиц, не осознававших, что они посягают на культурные ценности, привлекают к уголовной ответственности именно за такие преступления. При этом даже на уровне специальных экспертиз не всегда однозначно удается решить вопрос о признании того или иного предмета преступления культурной ценностью: есть примеры, когда одна и та же вещь разными экспертами признавалась как имеющая культурную ценность и как не имеющая таковой.

Ссылка в таких случаях на то, что незнание закона не освобождает от ответственности (этот постулат вообще нигде не зафиксирован), противоречит принципу вины, когда сознанием лица должны охватываться все юридически значимые характеристики предмета преступления. Особенно остро эта проблема встает при установлении формы вины в случаях посягательств на различные категории культурных ценностей (особо ценные объекты или памятники общероссийского значения).

Предлагаем специальный раздел "Преступления против культурных ценностей" УК РФ» котороый продемонстрирует озабоченность государства сохранением своего культурного богатства. Как подчеркивалось в исследовании, уголовное право имеет символическое значение в том плане, что демонстрирует свою волю взять под охрану те или иные блага.

С учетом содержания работы такой раздел мог бы содержать следующие нормы, охраняющие культурные ценности: хищение культурных ценностей; неправомерное завладение культурными ценностями без цели хищения; вымогательство культурных ценностей; невозвращение на территорию РФ временно вывезенных культурных ценностей, подлежащих обязательному возвращению; умышленное уничтожение или повреждение культурных ценностей; уничтожение или повреждение культурных ценностей по неосторожности; экспонирование культурных ценностей, заведомо добытых преступных путем; надругательство над культурными ценностями. О последнем деянии следует сказать особо.

Исходя из положений Европейской конвенции о правонарушениях в отношении культурных ценностей (1985 г.), целесообразно криминализировать использование культурных ценностей, полученных преступным путем, в деятельности музеев при показах на выставках. Например, музей приобретает культурную ценность, которая заведомо была приобретена преступным путем, и эту ценность экспонирует. Кроме того, он получает доход от такого незаконного экспонирования.

Включение самостоятельного раздела "Преступления против культурных ценностей" в Уголовный кодекс РФ позволит, на наш взгляд, более эффективно защитить культурные ценности от преступных посягательств. О необходимости структурно обособить уголовно-правовые нормы, предусматривающие ответственность за посягательства на культурные ценности, говорится и в работах других исследователей.

Защита культурных ценностей в настоящее время является одной из самых злободневных задач, стоящих перед государством. Вместе с тем возлагать все бремя защиты этих благ только на уголовное право было бы необоснованным, равно как и гипертрофировать значение права в целом при регулировании отношений в сфере культуры.

Действующее законодательство, позитивно регулирующее оборот культурных ценностей, противоречиво, пробельно и требует совершенствования. Тем не менее нельзя не сказать о том интересе, который проявляется учеными к теме охраны отечественной культуры, культурных ценностей. Возникла идея создания нормативного кодифицированного акта в области культуры. Специалисты говорят о международном культурном праве как о молодой, но очень перспективной отрасли. В правовой науке началось формирование принципов этого права, что призвано способствовать оптимизации правовых средств защиты культурных ценностей и культурного суверенитета.

Охрана культурного суверенитета является проблемой национальной безопасности России. Страна, не сумевшая сохранить тысячелетние ценности культуры, вряд ли может рассчитывать на достойное место в новом глобальном мире.

Библиография

Нормативные акты

1. Конституция Российской Федерации // СЗ РФ. 2009. N 4. Ст. 445.

2. Декларация о государственном суверенитете РСФСР от 12 июня 1990 г. N 22-1 // Ведомости РСФСР. 1990. N 2. Ст. 22.

Всеобщая декларация прав человека 1948 г. // Международное право в документах. М., 1982.

Второй протокол 1999 г. к Гаагской конвенции о защите культурных ценностей в случае вооруженного конфликта от 14 мая 1954 г. (не ратифицирован). URL: #"708840.files/image001.gif">

480 руб. | 150 грн. | 7,5 долл. ", MOUSEOFF, FGCOLOR, "#FFFFCC",BGCOLOR, "#393939");" onMouseOut="return nd();"> Диссертация - 480 руб., доставка 10 минут , круглосуточно, без выходных и праздников

Клебанов, Лев Романович. Уголовно-правовая охрана культурных ценностей: диссертация... доктора юридических наук: 12.00.08 / Клебанов Лев Романович; [Место защиты: Московская государственная юридическая академия].- Москва, 2012.- 512 с.: ил. РГБ ОД, 71 13-12/5

Введение

Глава I. Социальная обусловленность уголовно-правовой охраны культурных ценностей 22

1.1. Обеспечение национальной безопасности России в сфере культуры в период глобализации 22

1.2. Культурные ценности как предмет преступления: понятие и признаки 53

1.3. Криминологические предпосылки обеспечения уголовно-правовой охраны культурных ценностей 84

Глава II. Историко-правовые и сравнительно-правовые аспекты уголовно- правовой охраны культурных ценностей 149

2.1. Исторический анализ отечественного уголовного законодательства об ответственности за посягательства на культурные ценности 149

2.2. Уголовная ответственность за преступления против культурных ценностей в законодательстве зарубежных стран 185

Глава III. Уголовно-правовой анализ преступлений, посягающих на культурные ценности, согласно Уголовному кодексу Российской Федерации 254

3.1. Объективные и субъективные признаки хищения культурных ценностей 254

3.2. Объективные и субъективные признаки контрабанды культурных ценностей 324

3.3. Объективные и субъективные признаки невозвращения культурных ценностей на территорию Российской Федерации 371

3.4. Объективные и субъективные признаки уничтожения или повреждения культурных ценностей 400

Заключение 445

Библиография 455

Приложение 1 498

Приложение 2

Введение к работе

Актуальность темы диссертационного исследования. Одной из насущных в современном мире проблем является проблема глобализации. Вместе с явными преимуществами процесса глобализации, нельзя забывать и об опасностях, которые он в себе содержит, в связи с чем, среди угроз этого процесса особо выделяют угрозы национальным культурам, опасность которых, на наш взгляд, в российском обществе до недавнего времени недооценивалась.

Культура должна рассматриваться как важнейший фактор сохранения национальной идентичности в современный период, поскольку ее потеря равносильна гибели и полному разрушению. В Стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 г. культура названа в числе стратегических приоритетов устойчивого развития страны в период глобализации, а среди главных угроз национальной безопасности в сфере культуры названы противоправные посягательства на ее объекты 1 .

Фундаментальным началом, стержнем всякой культуры являются культурные ценности, значение которых поистине жизненно важно. Задача защиты культурных ценностей России на сегодняшний день представляется стратегически необходимой в контексте обеспечения национальной безопасности страны в целом. Культурное богатство нашей страны является стратегическим ресурсом, которое необходимо сохранить и преумножить в условиях глобальной конкуренции. Это тем более актуально, учитывая многонациональность народа России, и сосуществование на ее территории на протяжении веков представителей различных конфессий.

Сохранение, использование и преумножение культурных богатств немыслимы без надлежащего правового регулирования, и, в частности, без его уголовно-правовой составляющей: во все времена и во всех странах эти ценности подвергались преступным посягательствам, в том числе во время 1 См.: Стратегия национальной безопасности до 2020 года. Утверждена Указом Президента РФ от 12.05.2009 № 537. // Российская газета.19.05.2009. войн и вооруженных конфликтов. Как международное, так и национальное уголовное право располагают возможностями уголовно-правовой защиты культурных ценностей, тем более, что задача охраны ценностей от преступлений уже давно стала транснациональной, однако досконально эти возможности еще не изучены. Уголовный кодекс Российской Федерации содержит ряд норм, где предметом выступают культурные ценности, но их применение во многом затруднено несовершенством бланкетного законодательства, которое в ряде случаев противоречиво и пробельно. Давним препятствием эффективному применению этих норм является отсутствие единообразного понимания самого термина «культурные ценности». В процессе применения уголовно-правовых норм, охраняющих культурные ценности, нередко нарушается такой фундаментальный принцип как принцип вины, возникают многочисленные трудности при квалификации содеянного. На сегодняшний день неизвестны истинные криминологические характеристики преступности, посягающей на культурные ценности, поскольку данные уголовно-правовой статистики не отражают реального положения вещей, что, в свою очередь, существенно затрудняет борьбу с этими деяниями и их профилактику. Все эти факторы предопределили выбор темы диссертации, ее архитектонику, круг вопросов, подлежащих изучению, что позволило выработать соответствующие решения целого ряда проблем уголовно-правовой охраны культурных ценностей как научно-теоретического, так и прикладного характера.

Степень разработанности темы исследования. Необходимо отметить, что в различных науках проблема защиты интересов национальной безопасности в сфере культуры и культурных ценностей рассматривалась неоднократно. В сфере культурологии, глобалистики, политологии, демографии, социологии и философии можно отметить труды таких отечественных и зарубежных авторов как Азроянц Э., Андреева Е.В., Богатырева Т. В., Бригадина О.В., Вебер М, Виндельбанд В., Гердер И., Грабарь И.Э., Гундаров И.А., Делягин М. Г., Ионин Л.Г., Кварацхелия В.А.,

Киреева Н.В., Лапина Т.С., Лебон Г., Лихачев Д.С., Львов Д.С., Малахов B.C., Рерих Н.К., Сорокин П.А., Степин B.C., Стивенсон Н., Цуканова О.И.

В международном праве, административном праве, таможенном праве и гражданском праве аспекты правового регулирования и охраны культурных ценностей рассматривали Александров Е., Александрова М.А., Богуславский М.М., Васильева М.В., Дьяков И.В., Егорова Е.Ю., Зябкий А.И., Лукашук И.И., Молчанов С.Н., Савельева И.В., Сергеев А.П., Спицын А.В., Шарапов Н.Н.

Разумеется, не могли остаться в стороне от изучения этих проблем и криминалисты. В уголовном праве и криминологии вопросы защиты культурных ценностей изучались в работах Адельханяна Р.А., Беспалько В.Г., Булатова Р.Б., Горбачева В.Г., Долгова С.Г., Кибальника А.Г., Кругликова Л.Л., Кулыгина В.В., Лопашенко Н.А., Ляпустиной Н.С., Мартыненко И.Э., Михайлова В.И, Первушина В.М., Приданова С.А., Растопчина В.Г., Резвана А.П., Русанова Г.А., Сенцова А.С., Соломоненко И.Г., Тищенко В.Н., Томана Дж., Трайнина А.Н., Федорова А.В., Чудинова А.И., Щербы СП.

Проблематика уголовно-правовой защиты культурных ценностей отражалась в кандидатских диссертациях Афонина И.Б. (2005 г.), Братанова В.В. (2001 г.), Васильева Д.В. (2008 г.), Вершкова В.В. (2005 г.), Давлетшиной О.В. (2003 г.), Медведева Е.В. (2003 г.), Сабитова Т.Р. (2002 г.), Ткачева Ю.Ю. (2007 г.), Фомичева С.А. (2006 г.).

Труды вышеуказанных авторов внесли ощутимый вклад в уголовно-правовую и криминологическую науку в части изучения проблем охраны культурных ценностей, создали необходимую теоретическую базу их дальнейшего исследования, однако, на сегодняшний день встречается немало вопросов, по которым ведутся острые дискуссии, и которые в правоприменительной деятельности решаются отнюдь не единообразно, что приводит к разным решениям соответствующих судов. До сих пор не решен вопрос об определении предмета этих преступлений, а предлагаемые на сегодняшний день пути такого решения нельзя признать полностью удовлетворительными. Будучи бланкетными, нормы об уголовной ответственности за посягательства на культурные ценности отсылают к соответствующим нормативным актам, которые зачастую не согласуются друг с другом. Вышеназванные обстоятельства свидетельствуют о недостаточной разработанности проблемы защиты культурных ценностей уголовно-правовыми средствами, что, в свою очередь, определило цель исследования и задачи, направленные на ее достижение.

Цель исследования заключается в решении комплексной проблемы уголовно-правовой охраны культурных ценностей и получении на этой основе новых знаний, имеющих как научно-доктринальное, так и прикладное значение.

Достижению указанных целей способствовало решение следующих задач: исследовать социально-политическую и экономическую роль культурных ценностей для существования и развития личности, общества и государства; - определить роль уголовно-правовой охраны культурных ценностей как неотъемлемой части их правового регулирования; изучить современное российское уголовное законодательство, предусматривающее ответственность за посягательство на культурные ценности с учетом бланкетности диспозиций соответствующих уголовно-правовых норм; - дать собственное авторское определение культурных ценностей как предмета соответствующих преступлений и раскрыть все признаки таких ценностей; выявить криминологические предпосылки совершенствования уголовно-правовой охраны культурных ценностей; - провести историко-правовое исследование отечественного уголовного законодательства об ответственности за посягательства на культурные ценности, выделить его периодизацию и особенности; - провести компаративный анализ уголовного законодательства об ответственности за преступления против культурных ценностей, что позволило представить систему таких преступлений и предложить рекомендации по совершенствованию отечественного уголовного законодательства; дать комплексную уголовно-правовую характеристику преступлениям, имеющим в качестве предмета культурные ценности; внести предложения по совершенствованию отечественного уголовного законодательства об ответственности за посягательства на культурные ценности (отдельный Раздел УК РФ «Преступления против культурных ценностей» (см. Приложение 1 к диссертации).

Объектом исследования выступает комплекс общественных отношений, обуславливающих уголовно-правовую охрану культурных ценностей, и особенности влияния глобализационных процессов на интересы национальной безопасности России в сфере культуры, тенденции развития уголовного законодательства об ответственности за посягательства на культурные ценности.

Предметом исследования являются нормы международного права, Конституции России, законов и подзаконных нормативных актов, позитивно регулирующих отношения по поводу культурных ценностей, нормы отечественного и зарубежного уголовного законодательства об ответственности за преступления против культурных ценностей, материалы правоприменительной, в т.ч. следственно-судебной, практики об охране культурных ценностей, эмпирические данные.

Методологической и методической основой исследования является диалектический метод познания и системный подход к комплексному исследованию проблем уголовно-правовой охраны культурных ценностей. Диалектический метод познания сочетался с использованием логико- юридического, сравнительно-правового, сравнительно-исторического, социологического, статистического методов, метода контент-анализа.

Автор широко опирался на теоретические достижения в области глобалистики, культурологии, социологии, международного права, уголовного права, криминологии, отраженные в трудах отечественных и зарубежных ученых, в частности, Борзенкова Г.Н., Волженкина Б.В., Жалинского А.Э., Кудрявцева В.Н., Кузнецовой Н.Ф., Лопашенко Н.А., Лукашука И.И., Наумова А.В., Рарога А.И., Тер-Акопова А.А., Чучаева А.И.

Нормативной базой исследования послужили Конституция Российской Федерации, общепризнанные принципы и нормы международного права, федеральные законы и подзаконные акты, регулирующие оборот культурных ценностей, уголовное законодательство Российской Федерации, ведомственные нормативные акты, относящиеся к регулированию культурных ценностей, соответствующее законодательство субъектов Российской Федерации по вопросам регулирования культурных ценностей, иные нормативные источники, касающиеся рассматриваемой проблематики.

Эмпирической базой исследования явились данные правовой статистики и конкретно-социологического исследования. Анализировалась ведомственная статистика преступлений и справочно-аналитические документы Верховного Суда Российской Федерации, Генеральной Прокуратуры Российской Федерации, Министерства внутренних дел Российской Федерации и его департаментов, Министерства культуры Российской Федерации, Федеральной службы по надзору за соблюдением законодательства в области охраны культурного наследия, Департамента по культурному наследию г. Москвы. Применялись традиционные методы изучения документов (включая дела об административных правонарушениях, решения арбитражных судов, отказные материалы, акты прокурорского реагирования), наблюдений, мониторинга материалов периодической печати и сети Интернет. Автором изучено 150 уголовных дел, рассмотренных с 1999 г. по 2010 г. судами в различных регионах Российской Федерации, о преступлениях, посягающих на культурные ценности. С помощью специально разработанной анкеты автором опрошены 280 респондентов (следователи органов внутренних дел, сотрудники прокуратуры, сотрудники уголовного розыска, курсанты Московского университета МВД России, юристы государственных учреждений и организаций, чья деятельность непосредственно связана с охраной культурных ценностей, в частности, Федеральной службы по надзору за соблюдением законодательства в области охраны культурного наследия и Комитета по культурному наследию г. Москвы, служащие коммерческих организаций, участвующих в обороте культурных ценностей).

Научная новизна исследования заключается в том, что впервые в уголовно-правовой науке проблемы охраны культурных ценностей исследуются в диссертации, представленной на соискание ученой степени доктора юридических наук, и подвергаются тщательному комплексному исследованию. Впервые культура и составляющие ее основу культурные ценности рассматриваются как факторы национальной безопасности, как средства сохранения национальной идентичности, что обуславливает исключительную важность их уголовно-правовой охраны. Работа содержит развернутую криминологическую и уголовно-правовую характеристику преступлений, посягающих на культурные ценности, чего ранее в литературе не встречалось, при этом особое внимание уделено анализу деяний против недвижимых культурных ценностей, проблемы охраны которых оставались до недавнего времени не изученными, а также тех деяний, которые практически не фиксируются официальной статистикой. Результаты проведенного сравнительно-правового исследования позволили сконструировать авторскую систему норм Уголовного кодекса о преступлениях против культурных ценностей.

В работе проанализирован единый предмет соответствующих преступлений, дано его определение, выделены его специфические признаки, и обусловлено предложение о законодательном выделении сохранности культурных ценностей в качестве самостоятельного социального интереса (родового объекта уголовно-правовой охраны), что обусловило создание специального раздела, объединяющего преступления против культурных ценностей. Определена структура этого раздела и предложена редакция статей, составляющих его содержание. Выявлена специфика субъективных оснований ответственности за посягательства на культурные ценности, в частности, особенности форм и содержания вины. Обосновано положение об уголовно-правовых мерах обеспечения сохранности недвижимых памятников истории и культуры. Впервые сформулированы предложения по уголовно-правовому обеспечению уголовно-правовой охраны археологического наследия России. Положения, выносимые на защиту:

1. Сбережение, уважение и преумножение национальной культуры является стратегически важной задачей обеспечения национальной безопасности России, однако разрушительный потенциал угроз национальной безопасности в сфере культуры в настоящее время в России недооценивается. Культура представляет собой важнейшее средство сохранения общественной идентичности, а подрыв суверенитета страны связан, среди прочего, и с установлением контроля над идентичностью и культурой как важным ее генератором.

Фундаментом всякой культуры являются культурные ценности, под которыми понимаются не только материальные предметы, но и духовная культура, производственные процессы, ритуалы, обычаи и т.д. Культурное богатство России, объединяющее как материальные, так и нематериальные ценности является колоссальным ресурсом, требующим рационального использования в глобальной конкуренции государств.

2. Решение проблемы защиты культурных ценностей невозможно без уголовно-правовой составляющей, поскольку культурные ценности испокон веков подвергались преступным посягательствам, а по объему полученного преступного дохода, преступность в сфере обращения культурных ценностей вышла на второе-третье место после незаконного оборота оружия и наркотиков.

Предпосылки уголовной ответственности за посягательства на культурные ценности лежат в международном уголовном праве - именно оно предусматривало их защиту в период войн и вооруженных конфликтов. Первоначально под охрану попали т.н. священные объекты, т.е. храмы, культовые сооружения и т.д., а впоследствии защищать стали и светские ценности. Разграбление и уничтожение культурных ценностей на завоеванных и оккупированных территориях рассматривались как одна из форм уничтожения порабощенных стран в целом. Итоги Второй мировой войны дали основания отечественным юристам говорить о совершенно новой форме геноцида - геноцида национально-культурного.

Современное международное уголовное право охраняет культурные ценности путем установления ответственности за два вида международных преступлений: преступления по общему международному праву (военные преступления) и преступления международного характера (конвенционные преступления)

Преступления, посягающие на материальные культурные ценности согласно действующему УК РФ, не имеют единого для них предмета. Уголовное законодательство оперирует разными, не согласованными между собой, терминами: «предметы или документы, имеющие особую ценность», «культурные ценности», «предметы художественного, исторического и археологического достояния народов Российской Федерации и зарубежных стран», «памятники истории и культуры», «предметы и документы, имеющие историческую, научную или культурную ценность». Отсутствие единообразно понимаемого предмета преступлений приводит к серьезным трудностям в процессе правоприменительной деятельности, неправильной квалификации содеянного, необоснованным судебным решениям.

Все нормы об ответственности за преступные посягательства на культурные ценности являются бланкетными, при этом бланкетность уголовно-правовых норм может выражаться в ссылке не только на внутренние нормативные акты (национальная бланкетность), но и на международные тоже (международная бланкетность), которую, в свою очередь, можно разделить на явную и неявную. Бланкетное законодательство, позитивно регулирующее общественные отношения по поводу культурных ценностей, содержит свыше двухсот актов международного и национального характера, являясь при этом пробельным и противоречивым. Рассогласованность бланкетных нормативных актов препятствует единому пониманию толкуемых терминов и не позволяет эффективно использовать весь арсенал уголовно-правовых средств защиты культурных ценностей.

Единым предметом всех преступлений этого рода являются материальные культурные ценности, под которыми автор понимает материальные движимые и недвижимые предметы религиозного или светского характера, созданные человеком либо природой или человеком и природой, имеющие особую историческую, научную, архитектурную, художественную, археологическую, палеонтологическую, анатомическую, минералогическую, документальную, градостроительную, нумизматическую, филателистическую и иную культурную значимость для части общества, всего общества и государства независимо от формы собственности на них и времени их создания, защищенные средствами уголовного права Российской Федерации.

Преступления, посягающие на культурные ценности, обладают высокой латентностью. Большинство хищений культурных ценностей (свыше 50 %) совершается из частных домовладений. Около 10 % хищений совершается из мест отправления религиозного культа, наиболее похищаемыми предметами являются иконы (до 70 % от всех похищаемых предметов). Подавляющее большинство хищений культурных ценностей совершается при непосредственном участии лиц, имеющих к ним доступ на законном основании, отвечающие за их сохранность: работники библиотек и реставрационных мастерских, хранители музеев, настоятели храмов и т.п. В качестве одной из мер предупреждения таких преступлений необходимо создать единую базу данных о лицах, осужденных за хищения и контрабанду культурных ценностей, и обеспечить к ней доступ со стороны учреждений культуры, владеющих культурными ценностями.

В большинстве случаев хищение культурных ценностей происходит с целью их вывоза за пределы России в Западную Европу, Японию, Китай и США, где давно сформировался и успешно функционирует многомиллиардный рынок культурных ценностей («арт-рынок»). Среди предметов контрабанды культурные ценности занимают одно из первых мест. Контрабанда активно провоцирует хищения культурных ценностей: чем выше ценность того или иного похищенного предмета, тем больше вероятность его контрабандного вывоза за рубеж. Контрабанда культурных ценностей носит, как правило, организованный характер, однако это обстоятельство не в полной мере учитывается действующим законодательством. Непосредственными исполнителями контрабанды зачастую становятся лица, освобожденные от некоторых форм таможенного контроля.

Данные официальной статистики, характеризующие преступление, предусмотренное статьей 190 УК РФ «Невозвращение на территорию Российской Федерации предметов художественного, исторического и археологического достояния народов Российской Федерации и зарубежных стран», не отражают реальной опасности и распространенности этого преступления в силу его высокой латентности. Законодательная конструкция этого преступления не учитывает того, что его типичным признаком является корыстная заинтересованность преступника, которая должна быть учтена в качестве квалифицирующего признака.

7. Основными криминальными антропогенными угрозами недвижимым культурным ценностям являются: 1) войны и вооруженные конфликты; 2) террористические акты; 3) массовые беспорядки, бунты, революции; 4) умышленное уничтожение памятников истории и культуры с целью завладения земельными участками, на которых они располагаются; 5) незаконные (в т.ч. коррупционные) действия должностных лиц, влекущих уничтожение памятников; 6) незаконные археологические раскопки; 7) умышленное повреждение памятников истории и культуры с целью завладения цветными металлами, из которых они изготовлены; 8) строительная и прочая созидательная деятельность, осуществляемая с нарушением действующего законодательства об охране памятников истории и культуры; 9) злоупотребления при проведении ремонтно-реставрационных и реконструктивных работ на памятнике; 10) действия хулиганов и экстремистов, направленные на уничтожение или повреждение памятника; 11) неисполнение владельцами памятников требований охранных обязательств, что влечет разрушение или повреждение объектов культурного наследия.

Нормативной предпосылкой обеспечения сохранности памятников истории и культуры (археологии, истории, градостроительства и архитектуры и т.п.) является паспорт памятника, определяющий предмет охраны. Отсутствие официально признанного предмета охраны препятствует задействованию уголовно-правовых механизмов ее обеспечения, когда культурным ценностям причиняется ущерб. Для решения этой проблемы в работе предлагается механизм реализации ответственности в тех случаях, если повреждения наносятся предмету охраны.

Охрана культурных ценностей была возможна уже в памятниках древнерусского уголовного права. Первыми культурными ценностями стали предметы религиозного характера: кресты, иконы, иные священные предметы и предметы, предназначенные для богослужения. Посягательства на эти ценности могли влечь за собой достаточно суровые наказания, вплоть до смертной казни. Законодательство петровских времен стало относить к культурным ценностям предметы светского характера, включая археологические ценности. Первое определение культурных ценностей содержалось в проекте Положения об охране древностей 1906 г., которое предусматривало специальные составы преступлений против культурных ценностей: их уничтожение, повреждение, незаконный вывоз за границу, нарушение правил обращения, незаконные археологические раскопки, присвоение найденных ценностей. Социалистическое уголовное законодательство в ходе своей эволюции предусматривало ответственность за контрабанду культурных ценностей с их последующей продажей, сокрытие их от учета, надругательство над памятником революции, умышленное уничтожение или повреждение, которые влекли более строгую ответственность в зависимости от предмета посягательства. Одновременно шло развитие позитивного законодательства об охране культурных ценностей, обязанность сохранения которых предусматривалась в советских Конституциях. Постсоциалистическое уголовное законодательство, основываясь на предписаниях Декларации о государственном суверенитете РСФСР от 12 июня 1990 г. и Конституции Российской Федерации, предусматривает ответственность за контрабанду культурных ценностей, их невозвращение на территорию России в случае временного вывоза, хищение, независимо от формы, умышленное уничтожение или повреждение.

10. Уголовное законодательство зарубежных стран позволяет эффективно бороться с преступлениями против культурных ценностей, при этом в уголовных кодексах ряда стран существуют даже отдельные разделы, объединяющие преступления против культурных ценностей (Испания, КНР). Отдельная система преступлений, предусмотренных зарубежным уголовным законодательством, где культурные ценности выступают в качестве обязательного признака состава преступления, должна учитываться при совершенствовании отечественного уголовного законодательства.

11. Преступления, посягающие на культурные ценности, и представленные по действующему УК РФ в разных его разделах обладают однородной природой. Общность их природы (родовых признаков) определяется отношениями по созданию, воссозданию, использованию, владению, распоряжению, сохранению, популяризации и пропаганды культурных ценностей (как движимых, так и недвижимых), несмотря на расположение этих преступлений в разных главах и разделах УК РФ, поскольку объединяющим началом для таких преступлений будет общий для них предмет.

12. Для совершенствования действующего уголовного законодательства об ответственности за посягательства на культурные ценности необходимо выделить в рамках Уголовного кодекса РФ специальный Раздел «Преступления против культурных ценностей» (см. Приложение 1 к диссертации), учитывая направленность таких преступных посягательств и общность предмета и родового объекта посягательств. Предлагаемый в настоящей работе раздел должен объединять как известные действующему УК РФ преступления, так и новые нормы, необходимость введения которых обосновывается в настоящей диссертации: хищение культурных ценностей; неправомерное завладение культурными ценностями без цели хищения; вымогательство культурных ценностей; контрабанда культурных ценностей; невозвращение на территорию Российской Федерации временно вывезенных культурных ценностей, подлежащих обязательному возвращению; умышленное уничтожение или повреждение культурных ценностей; уничтожение или повреждение культурных ценностей по неосторожности; экспонирование культурных ценностей, заведомо добытых преступных путем; надругательство над культурными ценностями; присвоение найденных культурных ценностей.

13. При квалификации преступлений, посягающих на культурные ценности, нередко нарушается принцип вины. Все эти преступления характеризуются умышленной виной, что предполагает обязательную осведомленность виновного о ценностных свойствах предмета преступления. В этих случаях для правильной квалификации содеянного недостаточно одного лишь экспертного заключения о том, что предмет преступления имеет культурную ценность, хотя правоприменители во многих случаях, получив такое заключение, им и ограничиваются при установлении умысла виновного, игнорируя другие доказательства, свидетельствующие об отсутствии умышленной формы вины. В предлагаемом разделе в статье о хищении культурных ценностей закреплено примечание, в котором дается определение культурных ценностей. Осознание виновным всех свойств этих ценностей должно быть включено в содержание вины.

14. Хищение культурных ценностей в рамках статьи 164 УК РФ «Хищение предметов, имеющих особую ценность» обладает следующими отличительными особенностями: а) предметом преступления будут являться предметы и документы, имеющие особую ценность, т.е. вещи, входящие в понятие «имущество», что опровергает позицию некоторых авторов о том, что предмет этого преступления шире понятия имущества; б) данное деяние может быть совершено только с корыстной целью, несмотря на утверждение некоторых авторов о том, что такая цель не является обязательным признаком этого преступления; в) предметы данного преступления должны быть не просто культурными ценностями, но иметь особую ценность; г) хищение предметов, имеющих особую ценность, следует считать оконченным с того момента, который свойственен конкретной форме хищения.

Понятия «предмет культурного назначения», «культурные ценности» и «предметы, имеющие особую ценность» имеют существенные различия, которые не учтены в действующем УК РФ. Стоимостной критерий не может служить единственным мерилом уголовно-правовой оценки при контрабанде культурных ценностей.

Моментом окончания контрабанды культурных ценностей, как при контрабандном их вывозе, так и при контрабандном ввозе необходимо считать фактическое их перемещение через таможенную границу Российской Федерации, что соответствует и предписаниям Закона Российской Федерации «О вывозе и ввозе культурных ценностей» от 15.04.1993 № 4804-1 .

Отличительные особенности преступления, предусмотренного статьей 190 УК РФ, заключаются в следующем: а) предмет преступления, предусмотренного статьей 190 УК РФ, определен в позитивном законодательстве лишь частично, поскольку нормативное определение имеют только предметы художественного, исторического и археологического 2 См.: Ведомости СНД и ВС РФ. 1993. № 20. Ст.718. достояния народов Российской Федерации, в то время как не определенными остались предметы художественного, исторического и археологического достояния народов зарубежных стран, что затрудняет возможности применения этой нормы, поскольку общественная опасность невозвращения таких предметов ничуть не меньше; б) Закон Российской Федерации «О вывозе и ввозе культурных ценностей» (ст. 56, 57) не признает это деяние самостоятельным преступлением, а рассматривает лишь как одну из форм контрабанды, что дает основание говорить о межотраслевой коллизии, которая должна быть устранена путем внесения изменений в позитивное законодательство; в) преступление совершается в форме бездействия, а обязанность виновного действовать активно вытекает из Закона РФ «О вывозе и ввозе культурных ценностей» и свидетельства на право временного вывоза культурных ценностей с территории Российской Федерации; г) в отличие от контрабанды вывоз культурных ценностей за пределы Российской Федерации осуществляется на законном основании.

18. Размер повреждения памятника истории и культуры не должен влиять на квалификацию деяния по статье 243 УК РФ. При квалификации деяния по признакам статьи 243 УК РФ форма поведенческого акта (действие или бездействие) не должна иметь значение. По ст. 243 УК РФ может квалифицироваться деяние, совершенное только умышленно.

19. Предметы археологического наследия (как движимые, так и недвижимые) находятся в государственной собственности и имеют категорию федерального (общероссийского) значения. Поэтому незаконная добыча этих предметов при существующем состоянии российского законодательства должна квалифицироваться по совокупности преступлений, предусмотренных статьями 164 и 243 УК РФ, или статьями об ответственности за конкретные формы хищения и статьей 243 УК РФ.

20. Часть 1 ст. 104 і УК РФ необходимо дополнить пунктом «д» следующего содержания: «недвижимых памятников истории и культуры у собственников, совершивших их повреждение».

Теоретическая и практическая значимость исследования заключается в анализе теоретических и прикладных проблем применения норм, предусматривающих уголовную ответственность за посягательства на культурные ценности. Результаты исследования, его основные положения, выводы и предложения могут быть использованы по следующим направлениям: при разработке основ уголовной политики по защите отечественного культурного наследия, при совершенствовании действующего уголовного законодательства, для выработки эффективных мер противодействия преступности, посягающей на культурные ценности, в правоприменительной деятельности органов, расследующих и предупреждающих подобные преступления, и судов, в учебном процессе при преподавании дисциплин «Уголовное право», «Криминология» и специальных курсов, посвященных уголовно-правовой борьбе с преступлениями против культурных ценностей, а также в системе повышения квалификации сотрудников правоохранительных органов и судов.

Апробация результатов исследования. Основные положения, выводы и предложения диссертационного исследования были изложены автором на международных, всероссийских конференциях: «Роль Постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в судебно следственной практике и науке» - Международная научно-практическая конференция (г. Москва, 25-26 февраля 2010 г.), «Традиция. Духовность. Правопорядок» - Пятая Всероссийская конференция (г. Тюмень, 21-22 мая 2010 г.), «Проблемы уголовной политики, экологии и права» - Международная научно-практическая конференция (г. Санкт-Петербург, 24-25 мая 2010 г.), «Научные основы уголовного права и процессы глобализации» - Пятый Российский Конгресс уголовного права (г. Москва, 27-28 мая 2010 г.), «Модернизация России: ключевые проблемы и решения» - XI Международная научная конференция (г.

Москва, 16-17 декабря 2010 г.), «Совершенствование уголовного законодательства в современных условиях» - Международная научно-практическая конференция (г. Санкт-Петербург, 23-24 мая 2011 г.).

Материалы диссертации воплощены в исследовательских проектах автора, поддержанных грантами Российского гуманитарного научного фонда: «Уголовно-правовая безопасность культурного богатства России в период глобализации», № 09-03-00009а, 2009-2010 гг.; «Юридическая ответственность за причинение ущерба недвижимым памятникам истории и культуры как средство сохранения отечественного культурного наследия (публично-правовой аспект)», № 11-03-00213а, 2011 г.

Основные положения, выводы и предложения диссертационного исследования неоднократно обсуждались на заседаниях сектора уголовного права и криминологии Института государства и права Российской академии наук, а также использовались в учебном процессе при преподавании курсов «Уголовное право», «Криминология» в Российском государственном университете инновационных технологий и предпринимательства (г. Москва), Государственном академическом университете гуманитарных наук (г. Москва), Академическом правовом институте (г. Москва) и его филиале (г. Анапа).

Выводы и предложения, сформулированные в диссертации, отражены в 51 научной публикации автора, 37 из которых изданы рецензируемыми научными журналами, входящими в перечень ВАК Министерства образования и науки России.

Структура и объем диссертации. Диссертация состоит из введения, трех глав, включающих девять параграфов, заключения, библиографического списка и двух приложений.

Обеспечение национальной безопасности России в сфере культуры в период глобализации

Современная Россия провозгласила курс на построение демократического правового государства с рыночной экономикой, где в равной степени должны соблюдаться и гарантироваться интересы личности, общества и, что, безусловно, интересы государства.

Без преувеличения можно сказать, что будущее нашей страны зависит во многом от того, насколько безболезненно она впишется в глобальное сообщество государств мира.

Глобализация имеет ряд определений, но ни одно из них не может претендовать на звание «истины в последней инстанции», поскольку это многоплановый и макромасштабный процесс, охватывающий все стороны жизни общества, и потому, подлежащий изучению многими науками, каждая из которых исследует свою область, учитывая, вместе с тем, общие закономерности развития и достижения других отраслей знания.

Глобализация являет собой общемировой процесс, который связывает нации и государства в одну социально-экономическую, а, возможно, и политическую систему. Активность в общественной, экономической и политической сферах взаимосвязаны настолько, что произошедшее в одной части земного шара, вызовет реакцию в других, самых дальних его частях. Таким образом, глобализация связывает воедино финансовые рынки, рынки труда и рабочей силы, деятельность общественных организаций и государственно-политические и любые иные образования. Как отмечал И.И. Лукашук, «при этом нет ни одной сферы жизни общества и государства (ни материального, ни духовного характера), которые не охватывались бы глобализационными процессами и не подвергались бы воздействию с их стороны»3.

Глобализация неизбежно затрагивает интересы российских социально-экономических и политических континиумов, при этом либеральная часть российского политико-экономического «бомонда» склонна одобрительно воспринимать вхождения страны в единый общемировой «дом». В самом деле, глобализация представляет новые возможности для политического и духовного сближения, экономико-культурного развития, взаимовыгодного решения многих глобальных проблем.

Однако воспринимать глобализацию только с положительной стороны вряд ли можно. Нельзя не согласиться с Е.А. Лукашевой в том, что глобализация не должна представлять собой процесс развития по единым стандартам, навязываемым силовыми методами и, безропотное подчинение доктрине одной державы или сообществу «золотого миллиарда»4. На сегодняшний день и западные и отечественные специалисты открыто говорят об угрозах, которые таит в себе процесс глобализации: проникновение в общество тенденций «ураганной» милитаризации, которая, при определенной размытости государственных границ, способна создать взрывоопасную обстановку практически в любом регионе мира; появление, на фоне новых глобальных информационных технологий, средств тотального контроля любых процессов, где участвуют личность и общество, что, в свою очередь, влечет нивелирование личных прав и свобод; возникновение «квазигосударств» («диаспорных государств», не имеющих признаков собственно государства), в результате миграционных потоков в тех странах, где отмечается вырождение титульных наций; пропагандирование и культивация человеческих пороков (эгоизма, насилия, порнографии, сексуальной распущенности), нагнетание социальной напряженности и вражды, верховенство антикультуры, масскультуры; угрозы такому социально важному институту как семья; резкое ослабление роли государства и такого его обязательного признака как суверенитет; утрата социальных гарантий человека; распространение западной культуры, которая характеризуется духовным оскудением; создание новых глобальных транснациональных корпораций, чрезмерно увеличивающих внутриэкономическую борьбу на внутриглобальном уровне.5 Как отмечают некоторые исследователи, среди множества существенных факторов глобализация является основным процессом, посредством которого с большой интенсивностью осуществляется подавление интересов суверенных государств и разрушение национальных основ функционирования экономических комплексов.

Опрошенные нами эксперты в большинстве своем (40 %) указали на то, что неконтролируемые процессы глобализации представляют на сегодняшний день опасность для России. Как нетрудно заметить, угрозы глобализации носят разносторонний характер и могут подразделяться на политические, экономические, социальные и угрозы в сфере культуры.

Опасность последних, на наш взгляд, в российском обществе явно недооценивается, хотя Доктрина информационной безопасности Российской Федерации определяет, что в сфере духовной жизни наибольшую угрозу представляют: ухудшение состояния и постепенный упадок объектов культурного наследия, включая архивы, музейные фонды, библиотеки, памятники архитектуры. Между тем, ряд специалистов уже давно сигнализирует об особом деструктивном потенциале угроз в сфере культуры, которые и на государственном уровне в настоящее время стали оцениваться как реально опасные.

Так, например, П.П. Александров-Деркаченко отмечает буквально следующее: «Современная глобализация своими потребностями наиболее угрожает способным оказать сопротивление крупным самостоятельным государствам с четко выраженным национальным и культурным (выделено мной - Л.К.) суверенитетом, никак не вписывающимся в глобальную - то есть безликую - общность без культурных и национальных различий» . В ходе проведенного социологического опроса на опасность угроз глобализации в сфере культуры указало 34 % опрошенных.

Культурные ценности как предмет преступления: понятие и признаки

Проблема защиты культурных ценностей является, как известно, и правовой проблемой тоже. Без надлежащей правовой защиты невозможно представить их безопасное существование и законный оборот. Право свободно участвовать в культурной жизни общества, наслаждаться искусством, участвовать в научном прогрессе и пользоваться его благами предоставлено человеку Всеобщей декларацией прав человека (статья 27) . Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах предоставляет право на образование, творчество, пользование благами культуры. В соответствии с Уставом ЮНЕСКО (Организации Объединенных наций по вопросам образования, науки и культуры) задачами Организации является содействие укреплению мира и безопасности путем расширения сотрудничества народов в области образования, науки и культуры в интересах обеспечения всеобщего уважения, справедливости, законности и прав человека, а также основных свобод, провозглашенных в Уставе Организации, для всех народов без различия расы, пола, языка или религии80.

Основной закон страны - Конституция Российской Федерации содержит статью 44, в соответствии с которой, как уже упоминалось, каждый имеет право на участие в культурной жизни и пользование учреждениями культуры, на доступ к культурным ценностям. При этом каждый обязан заботиться о сохранении исторического и культурного наследия, беречь памятники истории и культуры. Согласно статья 12 Основ законодательства Российской Федерации о культуре «Право на приобщение к культурным ценностям» каждый человек имеет право на приобщение к культурным ценностям, на доступ к государственным библиотечным, музейным, архивным фондам, иным собраниям во всех областях культурной деятельности.

Заметим сразу, что нормативно-правовая база, регулирующая вопросы охраны культурных ценностей, довольно обширна и противоречива. На сегодняшний день насчитывается около двухсот нормативных актов международного и национального уровня, которые регламентируют отношения по поводу культурных ценностей. В условиях существования такого большого круга нормативных предписаний некоторые специалисты подняли проблему гармонизации и даже кодификации законодательства о культурных ценностях. Причем, в первую очередь, это относится к уже существующим нормативным актам. Как отмечает в этой связи И.В. Дьяков, «возможно, постановка вопроса о разработке «Культурного кодекса» может показаться не совсем корректной, тем не менее, если принять во внимание существования Земельного, Лесного, Водного и других кодексов, данная идея уже не кажется излишне радикальной. Кодификация разрозненных нормативных установлений, регулирующих отношения в культурной сфере, в единый нормативный документ позволила бы значительно упростить правоприменительную деятельность» . Кроме того, в современной правовой литературе уже упоминается такая молодая, и вместе с тем крайне перспективная отрасль как международное культурное право.

Проблема защиты культурных ценностей давно уже превратилась из внутренней в транснациональную и беспокоит множество стран, особенно тех, чье культурное наследие отличается богатством и самобытностью. Не менее остро эта проблема стоит перед странами-импортерами культурных ценностей. Среди угроз культурным ценностям выделяются, как уже упоминалось в Стратегии национальной безопасности РФ до 2020 г., криминальные угрозы, а значит надлежащее обеспечение таких ценностей невозможно без применения уголовно-правовых мер.

Ежедневно в мире похищается 450-500 произведений живописи, ваяния, антиквариата, религиозного культа, археологических ценностей и других произведений и памятников культуры разных эпох. По мнению О.В. Давлетшиной, на Западе культуру считают «зоной преступности номер три» после наркобизнеса и торговли оружием. В.В. Кулыгин, ссылаясь на данные Интерпола, считает, что преступления данной категории по объему получаемого незаконного дохода и вовсе вышли на второе место, уступив «лидерство» только наркобизнесу.

Действующее уголовное законодательство Российской Федерации на современном этапе своего развития выделяет следующие виды преступных деяний, посягающих на культурных ценности: хищение предметов, имеющих особую ценность (ст. 164 УК РФ); невозвращение на территорию Российской Федерации предметов художественного, исторического и археологического достояния народов Российской Федерации и зарубежных стран (ст. 190 УК РФ); контрабанда культурных ценностей (ст. 2261 УК РФ); уничтожение или повреждение памятников истории и культуры (ст. 243 УК РФ).

Следует при этом подчеркнуть, что преступления в отношении культурных ценностей могут квалифицироваться и по другим статьям Уголовного кодекса Российской Федерации, о чем наглядно свидетельствует официальная статистика. Как правило, это нормы, предусматривающие уголовную ответственность за хищения: кражи, грабежи, разбои, мошенничества. Однако не исключено, что деяниями, где в качестве предмета выступает культурная ценность, могут выступать присвоение или растрата, причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием, умышленно или по неосторожности уничтожение или повреждение имущества. Так, например, если изучить структуру хищений художественных, исторических и культурных ценностей за 2006 год, то можно убедиться, что кражи в этой структуре составляют 86,5 % .

Кроме того, в Уголовном кодексе содержатся и другие нормы, которые в качестве предмета преступления прямо не называют культурные ценности, однако эти преступления могут совершаться и в отношении них тоже.

Наиболее ярким примером может выступать статья 356 УК РФ «Применение запрещенных средств и методов войны» в части разграбления национального имущества. Данное деяние входит в группу военных преступлений, которые, в свою очередь, отнесены к преступлениям против мира и безопасности человечества. Речь идет, в частности, о разграблении национального имущества на оккупированной территории как о виде военных преступлений. Под таким имуществом в международном уголовном праве понимаются, прежде всего, культурные ценности. Второй Протокол 1999 г. к Гаагской конвенции «О защите культурных ценностей в случае вооруженного конфликта» от 14 мая 1954 г. в Главе 4 определяет преступления против культурных ценностей. Согласно п.1 ст. 15 любое лицо совершает преступление по смыслу Протокола, если оно: (а) делает культурные ценности, находящиеся под усиленной защитой, объектом нападения; (Ь) использует культурные ценности, находящиеся под усиленной защитой, или непосредственно прилегающие места для поддержки военных действий; (с) уничтожает или присваивает в крупных масштабах культурную собственность, находящуюся под защитой в соответствии с положениями Конвенции и настоящего Протокола; (d) делает культурные ценности, находящиеся под защитой в соответствии с положениями Конвенции и настоящего.

Исторический анализ отечественного уголовного законодательства об ответственности за посягательства на культурные ценности

Как отмечал один из видных деятелей историко-юридической науки, ординарный профессор императорского Московского университета И.Д. Беляев, «законодательство какой-либо страны нельзя изучить ясно и вполне, не изучив сперва, как оно образовывалось историческим путем и дошло до того развития, в котором находится в данное время»269. В этой связи нельзя не вспомнить следующие слова В.Н.Татищева: «Не может никакой юрист мудрым назван быть, если не знает прежних толкований и прений о законах естественном и гражданском. И как может судия право дело судить, если древних и новых законов и причин приминениям неизвестен, для того ему нужно историю о законах знать».

Для того, чтобы всесторонне изучить проблему борьбы с преступлениями против культурных ценностей, необходимо провести сравнительно-исторический анализ отечественного уголовного законодательства об охране таких ценностей.

Такое законодательство будет подразделено на соответствующие периоды, которые будут соответствовать периодам развития уголовного законодательства вообще на протяжении всей истории его существования. В литературе есть несколько точек зрения о периодизации уголовного законодательства нашей страны.

По мнению Н.Ф. Кузнецовой отечественное уголовное законодательство прошло в своем развитии девять периодов: 1) уголовное законодательство в период перехода к буржуазной монархии и буржуазно-демократической республике (1901 г. - октябрь 1917г); 2) становление советского уголовного законодательства (октябрь 1917 г.- 1922 г.); 3) первые Уголовные кодексы РСФСР (1922 г. - 1926 г.); 4) первое общесоюзное уголовное законодательство. Республиканские УК (1926 - 1940 гг.); 5) уголовное законодательство периода грубых нарушений законности (1927 - 1941 гг.); 6) военное и послевоенное уголовное законодательство (1941 - 1953 гг.); 7) уголовное законодательство периода либерализации общественных отношений (1953 - 1960 гг.); 8) уголовное законодательство периода замедления общественных отношений (1961 - 1985 гг.); 9) уголовное законодательство периода перестройки (1985 -1990 гг.) и постсоветского периода (1991-2000 гг.) .

Нельзя, однако, забывать, что история российского уголовного законодательства неразрывно связана с историей российской государственности. Оно всегда четко отражало специфику политического и экономического содержания основных государственно-правовых институтов определенного периода. В связи с этим периоды развития уголовного законодательства органически совпадают с основными этапами развития российского государства. На этом основании А.В. Наумов обоснованно подразделяет отечественное уголовное законодательство на три периода (или этапа - Л.К.): 1) уголовное законодательство досоветского периода (до октября 1917 года); 2) советское социалистическое уголовное право; 3) постсоциалистическое уголовное право (этот этап начинается с принятия Конституции Российской Федерации в конце 1993 г., хотя первые изменения в этом направлении в УК РСФСР были внесены еще в конце 1991 года)271.

Таким образом в развитии уголовного законодательства, охраняющего культурные ценности, тоже можно выделить три этапа.

Уголовное законодательство об охране культурных ценностей досоветского периода. Е.В. Медведев полагает, что данный этап связан с существованием лишь такого кодифицированного акта как Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 года (в ред. 1885 г.), поскольку в тот момент в главу 4 раздела «Преступления против веры» включили норму о святотатстве. Однако уже в древних памятниках уголовного права содержались нормы, посягающие на культурные ценности. Ретроспективный анализ уголовного законодательства показал, что изначально посягательства на культурные ценности относились к одному из видов религиозных преступлений. Самими культурными ценностями можно считать предметы религиозного культа того времени.

Устав святого князя Владимира Святославича, датированный началом XI века о десятинах, судах и людях церковных в Синодальной редакции содержит тринадцать религиозных преступлений из двадцати семи в нем содержащихся. По интересующей нас проблематике можно выделить такие преступления: кражи в церквях, именуемые как церковная татьба; повреждение или уничтожение креста как символа веры, церковных стен, священных предметов, почитаемых церковью, или иного церковного имущества либо отрезание частиц от них (крест посекуть или на стенах режуть) .

Кроме того, такое преступление как контрабанда (в т.ч. культурных ценностей) имеет самостоятельную и давнюю историю.

Как отмечает в этой связи С.А. Фомичев «контрабанда культурных ценностей как правовое явление появилось тогда, когда появились государственные границы и были введены таможенные тарифы» . Таможенное дело в России насчитывает более 1000 лет. Следовательно, и законодательство об ответственности за незаконный провоз товара через границу относится едва ли не к истокам российской государственности. Таможенное законодательство возникло при Ярославе Мудром, первые же зачатки контрабанды уже можно найти в Русской Правде (ст.37),275 жалованных грамотах княгини Марии Ярославны Покровскому монастырю 1450 г., Василия II Троицко-Суздальскому монастырю 1453 г., предписании Кашинскому городовому приказчику 1543 г., сделанному по жалобе Троицкого монастыря, грамоте Ивана IV Дмитровским таможенникам 1549 г. и др.

Согласно Псковской судной грамоте, последняя редакция которой датируется 1462 г, смертной казнью каралась кримская татьба.

В литературе нет единого мнения о том, что это за кража. Ее рассматривают только как кражу церковного имущества, кражу имущества из церкви (любого имущества, которое хранится в церкви, причем не только церковного), кража из Кремля (Крома). Как считает В.Л. Янин ближе всего к истине второй вариант - кража из церкви, поскольку в церквях хранились порох, продукты, различные товары, что обусловило необходимость их повышеннои защиты. К церковному имуществу могли относиться и религиозные (культурные) ценности как-то: все разновидности крестов, медальоны, художественные пасхальные яйца, пояса с молитвами и т.п.

Объективные и субъективные признаки хищения культурных ценностей

Анализ литературы показывает, что единства в понимании объекта преступления в отечественной уголовно-правовой доктрине нет431. По нашему мнению в определении этого элемента состава преступления следует исходить из того, что в ряде случаев объект преступного посягательства можно понимать как общественные отношения, тогда как в других рассматривать его как благо, интерес. Таким образом, под объектом преступления понимаются общественные отношения, возникающие между субъектами (участниками), и блага (интересы), охраняемые уголовным законом, на которые посягает преступление и которым причиняется или может быть причинен вред.

Рассмотрим теперь объект преступления, предусмотренного статьей 164 УК РФ. Особенность двух из четырех, рассматриваемых нами норм (Статьи 164 и 190 УК РФ), заключается в том, что все они помещены законодателем в один Раздел VIII «Преступления в сфере экономики». Статьи 226 и 243 УК РФ находятся в Разделе IX «Преступления против общественной безопасности и общественного порядка»

Несмотря на различное местоположение, эти преступления посягают по сути на единый для них родовой объект, чего, конечно же, не учитывает действующий УК РФ.

В этой связи хотелось бы обратить внимание на исследования тех ученых, которые придерживаются, если так можно выразиться, «новаторского» подхода к определению объектов рассматриваемых преступлений.

Так, например, И.М. Мацкевич и О.А. Кутяева замечают, что нормы об уголовной ответственности за посягательства против культурных ценностей в действующем УК РФ помещены в различные главы Кодекса, что приводит к хаотическому восприятию их родовых и видовых объектов. При этом упомянутые авторы считают очевидным, что преступления, где культурные ценности поименованы как предметы, отличаются от других преступлений, прежде всего, признаками предмета (выделено мной - Л.К.).432 Таким образом, можно сделать вывод о том, что И.М. Мацкевич и О.А. Кутяева отмечают самостоятельность объекта таких преступлений, причем основу такого объекта будут составлять культурные ценности.

О.В. Давлетшина также отмечает самостоятельность и обособленность объекта преступлений, содержащих в качестве предмета культурные ценности. Она, в частности, замечает, что преступные посягательства на культурные ценности посягают на один объект (выделено мной - Л.К.), которым будут общественные отношения, обеспечивающие духовную, национальную и экономическую безопасность Российской Федерации (родовой объект). Это, в свою очередь, позволяет рассматривать их в качестве отдельного вида преступлений, при этом О.В. Давлетшина помещает такие преступления в главу 29 «Преступления против основ конституционного строя и безопасности государства», не выделяя их в отдельную главу либо раздел4 3.

В.В. Кулыгин определяет в качестве видового объекта посягательства в отношении культурных ценностей интересы общества и государства по поводу сохранения, использования и охраны культурных ценностей (курсив мой - Л.К.)434. Он предлагает выделить в Разделе IX «Преступления против общественной безопасности и общественного порядка» после Главы 25 Главу 251 «Преступления против исторического и культурного наследия».

Мы, однако, полагаем, что преступления, посягающие на культурные ценности, обладают самостоятельным родовым объектом, характеристика которого невозможна без изучения родового объекта в целом.

Родовой (специальный) объект - это часть общего объекта. Он представляет собой группу однородных (выделено мной - Л.К.) общественных отношений и благ (интересов), на которые посягает однородная, специально предусмотренная комплексом норм (разделом Особенной части УК РФ) группа преступлений. В зависимости от родового объекта проведено структурирование Особенной части УК РФ на разделы436.

В философской литературе понятие «род» означает общую философскую характеристику для группы предметов с общими существенными свойствами, несущественные свойства которых отличаются друг от друга. Аристотель определял эти общие свойства в качестве «универсалий», как «существенно-всеобщее в отдельных вещах» Таким «существенно-всеобщим» свойством интересующих нас предметов будет принадлежность их к культурным ценностям. Это значит, что такие ценности и будут являться теми предметами, которые составляют род. Отсюда можно сделать вывод о том, что преступления, которые посягают на культурные ценности, будут объединены в один раздел и посягать на единый родовой объект.

Фактически эту точку зрения разделяют А.П. Резван и А.С. Сенцов, которые подчеркивают, что «ключевым, базовым понятием в составах, предусмотренных в ст. 164 УК, является предмет преступного посягательства, отличающийся таким специфическим признаком, как его особая историческая, научная, художественная или культурная ценность. Ведь в силу этих качеств похищаемого предмета...данные деяния и выделены в самостоятельные составы...» .

Таким образом, родовым объектом преступлений, посягающих на культурные ценности, можно назвать общественные отношения, возникающие по поводу создания, воссоздания, использования, владения, распоряжения, сохранения, популяризации и пропаганды культурных ценностей (как движимых, так и недвижимых).

Создание культурных ценностей означает изготовление новых культурных ценностей, их появление на свет. Как уже говорилось, культурные ценности могут создаваться и современниками тоже, а, значит, такими ценностями могут быть предметы, которые имеют отношение к новой или новейшей историей России (связаны с освоением космоса, с полярными экспедициями, с важными политическими событиями и т.д.).

Воссоздание культурных ценностей означает новое рождение культурных ценностей после полной или частичной утраты. В этой связи возникает проблема т.н. «новоделов», когда на месте утраченного памятника истории и культуры возводится его «двойник». Полемика вокруг таких культурных ценностей не утихает, причем довольно жаркие споры вызывают воссозданные памятники в самой столице. В данном случае возникает и проблема уголовной ответственности тех лиц, которые будут покушаться на такой, как принято говорить, «новодел». Считать ли его памятником истории и культуры или нет? Следует ли рассматривать действия лиц, уничтожающих или повреждающих восстановленные памятники, как деяния, подпадающие под ст. 243 УК РФ?

Проблема защиты культурных ценностей является и правовой проблемой, поскольку без надлежащей правовой защиты невозможны и их безопасное существование, и законный оборот.

Всеобщей декларацией прав человека (ст. 27) Международное право в документах. М., 1982. С. 302 - 308. закреплено право свободно участвовать в культурной жизни общества, в научном прогрессе и пользоваться его благами, наслаждаться искусством. Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах (1966 г.) предоставил право на образование, творчество, пользование благами культуры. В соответствии с Уставом ЮНЕСКО (Организации Объединенных Наций по вопросам образования, науки и культуры) (1945 г.) задачами Организации является содействие укреплению мира и безопасности путем расширения сотрудничества народов в области образования, науки и культуры в интересах обеспечения всеобщего уважения, справедливости, законности и прав человека, а также основных свобод, провозглашенных в Уставе Организации, для всех народов без различия расы, пола, языка или религии.

Основной Закон страны - Конституция РФ содержит ст. 44, в соответствии с которой, как уже упоминалось, каждый имеет право на участие в культурной жизни и пользование учреждениями культуры, на доступ к культурным ценностям. При этом каждый обязан заботиться о сохранении исторического и культурного наследия, беречь памятники истории и культуры. Согласно ст. 12 Основ законодательства РФ о культуре от 9 октября 1992 г. N 3612-1 каждый человек имеет право на приобщение к культурным ценностям, на доступ к государственным библиотечным, музейным, архивным фондам, иным собраниям во всех областях культурной деятельности.

Заметим сразу, что нормативно-правовая база, регулирующая вопросы охраны культурных ценностей, довольно обширна и противоречива. На сегодняшний день насчитывается около 200 нормативных актов международного и национального уровней, которые регламентируют отношения по поводу культурных ценностей. В связи с этим некоторые специалисты подняли проблему гармонизации и даже кодификации законодательства о культурных ценностях. Причем в первую очередь это относится к уже существующим нормативным актам. Как отмечает И.В. Дьяков, "возможно, постановка вопроса о разработке Культурного кодекса может показаться не совсем корректной, тем не менее, если принять во внимание существование Земельного, Лесного, Водного и других кодексов, данная идея уже не кажется излишне радикальной. Кодификация разрозненных нормативных установлений, регулирующих отношения в культурной сфере, в единый нормативный документ позволила бы значительно упростить правоприменительную деятельность" Дьяков И.В. Проблема совершенствования законодательства Российской Федерации о культуре и культурных ценностях // Актуальные проблемы таможенного дела на рубеже тысячелетий: региональный аспект. Владивосток, 2003. С. 227. . Кроме того, в современной правовой литературе уже встречается упоминание о новой и крайне перспективной отрасли - о международном культурном праве Дьяков В.И., Дьяков И.В., Левданская Н.А. и др. Культурные ценности глазами таможенника. Владивосток, 2004. С. 33..

Проблема защиты культурных ценностей давно превратилась из внутренней в транснациональную и беспокоит множество стран, особенно тех, чье культурное наследие отличается богатством и самобытностью. Не менее остро эта проблема стоит перед странами - импортерами культурных ценностей.

В числе угроз культурным ценностям существуют и криминальные, а значит, надлежащее обеспечение таких ценностей невозможно без применения уголовно-правовых мер.

Ежедневно в мире похищается 450 - 500 археологических ценностей, произведений живописи, ваяния, антиквариата, религиозного культа и других памятников культуры разных эпох Панов В.П. Сотрудничество государств в борьбе с международными преступлениями. М., 1993. С. 49. . По мнению О.В. Давлетшиной, на Западе культуру считают "зоной преступности номер три" после наркобизнеса и торговли оружием Давлетшина О.В. Криминальный рынок культурных ценностей и борьба с ним в Южном федеральном округе // Проблемы борьбы с криминальным рынком, экономической и организованной преступностью. М., 2001. С. 85. . В.В. Кулыгин, ссылаясь на данные Интерпола, отмечает, что преступления данной категории по объему получаемого незаконного дохода и вовсе вышли на второе место, уступив "лидерство" наркобизнесу Кулыгин В.В. Возможности оптимизации уголовно-правовой охраны культурных ценностей // Российский судья. 2003. N 5. С. 40. .

Действующее уголовное законодательство Российской Федерации выделяет следующие виды преступных деяний, посягающих на культурные ценности: хищение предметов, имеющих особую ценность (ст. 164 УК РФ); невозвращение на территорию Российской Федерации предметов художественного, исторического и археологического достояния народов Российской Федерации и зарубежных стран (ст. 190 УК РФ); уничтожение или повреждение памятников истории и культуры (ст. 243 УК РФ).

Следует подчеркнуть, что преступления в отношении культурных ценностей могут квалифицироваться и по другим статьям Уголовного кодекса РФ, о чем наглядно свидетельствует официальная статистика. Как правило, это нормы, предусматривающие уголовную ответственность за хищения: кражи, грабежи, разбои, мошенничества. Однако не исключено, что деяниями, где в качестве предмета выступает культурная ценность, могут быть присвоение или растрата, причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием, умышленное или по неосторожности уничтожение или повреждение имущества Преступные посягательства на культурные ценности в России за 2001 - 2006 гг. М., 2007. С. 8;. Так, например, если изучить структуру хищений художественных, исторических и культурных ценностей за 2006 г., то можно убедиться, что кражи в этой структуре составляют 86,5% Там же.

Кроме того, в Уголовном кодексе РФ содержатся и другие нормы, которые в качестве предмета преступления прямо не называют культурные ценности, однако эти преступления могут совершаться и в их отношении тоже.

Наиболее яркий пример - ст. 356 "Применение запрещенных средств и методов войны" УК РФ в части разграбления национального имущества. Данное деяние входит в группу военных преступлений, которые, в свою очередь, отнесены к преступлениям против мира и безопасности человечества. Речь идет, в частности, о разграблении национального имущества на оккупированной территории как о виде военных преступлений. Под таким имуществом в международном уголовном праве понимаются прежде всего культурные ценности Адельханян Р.А. Военные преступления в международном праве. М., 2003. С. 151.. Второй Протокол (1999 г.) к Гаагской конвенции о защите культурных ценностей в случае вооруженного конфликта (1954 г.) в гл. 4 определяет преступления против культурных ценностей. Согласно п. 1 ст. 15 любое лицо совершает преступление по смыслу Протокола, если оно: делает культурные ценности, находящиеся под усиленной защитой, объектом нападения; использует культурные ценности, находящиеся под усиленной защитой, или непосредственно прилегающие места для поддержки военных действий; уничтожает или присваивает в крупных масштабах культурную собственность, находящуюся под защитой в соответствии с положениями Конвенции и настоящего Протокола; делает культурные ценности, находящиеся под защитой в соответствии с положениями Конвенции и настоящего Протокола, объектом нападения; совершает акты кражи, грабежа или незаконного присвоения или акты вандализма, направленные против культурных ценностей, находящихся под защитой в соответствии с положениями Конвенции. В п. 2 ст. 15 предусмотрено, что каждая сторона принимает такие меры, которые могут оказаться необходимыми для признания уголовными преступлениями, согласно ее внутреннему законодательству, деяний, предусмотренных в данной статье, и для установления для таких преступлений соответствующих наказаний URL: http:// ww.pravo.by/ unescohairs/ text.asp?RN= h10000434..

Следует заметить, что все вышеназванные нормы Уголовного кодекса РФ являются бланкетными, при этом бланкетность уголовно-правовых норм может выражаться в ссылке не только на внутренние нормативные акты, но и на международные тоже. А.В. Наумов подразделяет международно-правовую бланкетность норм российского уголовного права на явную и неявную. При явной бланкетности в самом тексте диспозиции напрямую делается отсылка к нормам международного права (ст. 356 УК РФ), при неявной уголовно-правовой запрет обусловлен обязанностью России, вытекающей из международных договоров, при этом напрямую в тексте об этих договорах не упоминается. Речь в таком случае может идти и о так называемых общеуголовных преступлениях Наумов А.В. Проблемы имплементации норм международного права в Уголовный кодекс Российской Федерации // Уголовное право России: проблемы и перспективы / Под ред. С.В. Бородина, С.Г. Келиной. М., 2004. С. 142 - 143.. Изучая происхождение норм об уголовной ответственности за посягательства на культурные ценности, необходимо подчеркнуть, что именно международное уголовное право выступило "застрельщиком" их охраны, прежде всего в период войн и вооруженных конфликтов, в ходе которых таким ценностям наносился невосполнимый урон.

Так, например, о необходимости защиты религиозных ценностей во время войн говорил еще греческий историк Полибий: "Будущим победителям следует научиться не грабить захваченные ими города и не причинять горя другим народам - украшению их родной земли... Законы и право войны обязывают победителя разрушать и уничтожать крепости, укрепления, города, население, суда, ресурсы и все другое, принадлежащее противнику, чтобы подорвать его мощь и усилить мощь победителя. И хотя из этого можно извлечь определенную пользу, никто не может отрицать, что предание себя бессмысленному уничтожению храмов, статуй и других священных сооружений является актом безумия" Цит. по: Томан Дж. Защита культурных ценностей в случае вооруженного конфликта. М., 2005. С. 4.

В последующие века ситуация практически не изменилась. Уничтожались города, деревни, замки и даже церкви. Синод в Шару (989 г.) объявил, что места поклонения и культовые предметы подлежат защите, однако эта защита увязывалась с их священным характером, а не с принадлежностью к произведениям искусства. Первые признаки желания защитить культурные ценности именно как результаты человеческого труда, а не только в связи с их культовым характером, появились в эпоху Ренессанса, в XVI - XVII вв. Яков Пшилуский, например, утверждал, что каждый участник боевых действий должен проявлять уважение к произведениям искусства и не только в связи с их религиозным характером Przyluski J. Leges seu statute ac privilegia Regni Pololniae. Cracow, 1553. P. 875..

Начиная с Вестфальского мира (1648 г.), который положил конец Тридцатилетней войне, можно обнаружить все большее число положений, предусматривающих возвращение изъятых трофеев в места их происхождения, сначала только архивов, а затем и произведений искусства, перемещенных в ходе сражений. В своем труде "Право народов, или Принципы естественного права" Эммер де Ваттель пишет, что "по какой бы причине ни была опустошена страна, эти здания, которые славят род человеческий и не укрепляют мощь противника, например храмы, гробницы, общественные здания и все сооружения выдающейся красоты, должны щадиться. Какая польза от их уничтожения? Это деяния отъявленного врага человечества, бессмысленно лишающего людей этих памятников искусства и образцов архитектуры..." Vattel E. de. The Law of Nations; or, Principles of the Law of Nature, Applied to the Conduct and Affairs of Nations and Sovereigns. Washington, 1916. Vol. 3. Ch. IX. P. 293 (воспроизводится издание 1758 г.). .

Гаагская конвенция о законах и обычаях сухопутной войны (1907 г.), а также приложение к ней в виде Положения о законах и обычаях сухопутной войны предусматривали защиту культурных ценностей. Согласно ст. 27 Положения при осадах и бомбардировках должны быть приняты все необходимые меры к тому, чтобы щадить насколько возможно, в частности, храмы, здания, служащие целям науки, искусства и благотворительности, исторические памятники, чтобы таковые здания и места не служили одновременно военным целям. Осаждаемые обязаны обозначить эти здания и места особыми видимыми знаками, о которых осаждающие должны быть заранее поставлены в известность. Аналогичные требования содержала и Гаагская конвенция о бомбардировании морскими силами во время войны (1907 г.) Международное право. Ведение военных действий: Сб. Гаагских конвенций и иных международных документов. 3-е изд. М., 2001..

Одним из наиболее значимых международных правовых актов, предусматривающих защиту культурных ценностей во время войны, был Пакт Рериха от 15 апреля 1935 г., или Договор об охране художественных и научных учреждений и исторических памятников. Он был подписан в Белом доме (США) представителями 21 американского государства. Пакт специально предусматривал защиту исторических памятников, образовательных, культурных и научных миссий, их сотрудников, имущества и коллекций во время ведения военных действий. В частности, в ст. 1 данного Пакта говорилось о том, что исторические памятники, музеи, научные, художественные, образовательные и культурные учреждения считаются нейтральными и как таковые пользуются уважением и покровительством воюющих сторон. Такое же уважение и покровительство распространяется на исторические памятники, музеи, научные, художественные, образовательные и культурные учреждения и в мирное время. Согласно ст. 2 Пакта нейтралитет, покровительство и уважение, которые должны быть предоставлены памятникам и учреждениям, упомянутым в ст. 1, признаются на всех территориях как объекты суверенитета каждого из подписавшихся и присоединившихся государств, независимо от государственной принадлежности указанных памятников и учреждений.

Важнейшим международным правовым инструментом стала упомянутая выше Гаагская конвенция о защите культурных ценностей в случае вооруженного конфликта, которая давала определение понятия "культурная ценность". Защита указанных ценностей включает в себя их охрану и уважение. Воюющие стороны обязаны воздерживаться от какого-либо враждебного акта, направленного против этих ценностей, расположенных на территории другой страны.Наумов А.В. Российское уголовное право: Курс лекций: В 2 т. М., 2004. Т. 2: Особенная часть. С. 818; . Так, например, дополнительный Протокол I к Конвенции 1954 г. запрещает: a) совершать какие-либо враждебные акты, направленные против тех исторических памятников, произведений искусства или мест отправления культа, которые составляют культурное и духовное наследие народов; b) использовать такие объекты для поддержания военных усилий; c) делать такие объекты объектами репрессалий.

Как справедливо замечают по этому поводу С.А. Приданов и С.П. Щерба, "вместо единого и четкого понятия мы получаем обилие определений, вводящих в заблуждение..." Приданов С.А., Щерба С.П. Преступления, посягающие на культурные ценности России: квалификация и расследование. М., 2002. С. 29.. При этом вышеназванные исследователи полагают, что понятие "культурные ценности" является универсальным по отношению ко всем, указанным в вышеперечисленных четырех статьях. Отсюда С.А. Приданов и С.П. Щерба делают вывод о том, что определения предмета преступления в ст. ст. 164, 188 (ч. 2), 190, 243 УК РФ и понятие "культурные ценности" соотносятся между собой как часть и целое либо как синонимичные понятия. По их мнению, эти определения можно использовать в качестве синонимов и рассматривать как взаимозаменяемые Приданов С.А., Щерба С.П. Указ. соч. С. 29.. Отчасти с таким определением солидаризируется С.Н. Молчанов, указывая, что термин "культурные ценности" является наиболее универсальным понятием Молчанов С.Н. Об использовании понятий "культурные ценности" и "культурное наследие (достояние)" в международном праве. URL: http://www.smolchanov.narod.ru.. Аналогичное мнение было высказано А.И. Зябкиным и А.В. Спицыным, а еще ранее М.М. Богуславским. Эту же позицию, судя по всему, разделяют Т.Р. Сабитов, Е.В. Медведев, О.В. Давлетшина Зябкин А.И., Спицын А.В. Проблемы международно-правовой охраны культурных ценностей // Проблемы правоотношений в социально-культурной среде. 2002. Вып. 8. С. 24; Богуславский М.М. Международная охрана культурных ценностей. М., 1979; Сабитов Т.Р. Охрана культурных ценностей: уголовно-правовые и криминологические аспекты: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Челябинск, 2002. С. 12; Медведев Е.В. Уголовно-правовая охрана культурных ценностей: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Казань, 2003. С. 11; Давлетшина О.В. Уголовно-правовая охрана культурных ценностей в Российской Федерации. С. 7. и ряд других исследователей.

Мы поддерживаем точку зрения, согласно которой общим понятием предмета преступлений будет выступать понятие "культурные ценности", однако действующее законодательство (международное и национальное) и юридическая литература содержат немало не совпадающих друг с другом определений культурных ценностей.

Богатая "палитра" определений объясняется отчасти многозначностью термина "культура", а также противоречиями и пробелами позитивного законодательства, регулирующего отношения по поводу культурных ценностей. Автором были изучены, среди прочего, 20 международных и российских нормативных актов, которые содержали определения культурных ценностей, памятников истории и культуры и культурного наследия, а также их видов. По результатам исследования всех источников можно заключить следующее. Предметами, в отношении которых осуществляется регулирование вышеупомянутыми нормативными актами, являются культурные ценности только материального характера, и именно такие культурные ценности становятся предметами преступлений, предусмотренных ст. 164, ст. ст. 190 и 243 УК РФ.

Следует подчеркнуть, что результаты проведенного нами опроса еще раз демонстрируют отсутствие единого понимания предмета анализируемых нами преступлений. В анкете было предложено семь вариантов единого определения предмета. Наибольшее количество опрошенных выбрали следующие: "предметы или документы, имеющие особую историческую, научную, художественную или культурную ценность" - 18%; "культурные ценности" - 26%; "предметы художественного, исторического и археологического достояния народов Российской Федерации и зарубежных стран" - 14%; "памятники истории и культуры, природные комплексы и объекты, взятые под охрану государства; предметы или документы, имеющие историческую или культурную ценность" - 20%.

Необходимо отметить, что памятники истории и культуры могут относиться не только к недвижимым, но и к движимым культурным ценностям. Подтверждение этому мы находим в ст. 3 Закона об объектах культурного наследия, где говорится о том, что к таким памятникам могут относиться движимые предметы археологического наследия. Кроме того, такой вывод напрашивается исходя из содержания некоторых других норм. Так, например, последний абзац ст. 7 Закона РФ от 15 апреля 1993 г. N 4804-1 "О вывозе и ввозе культурных ценностей" называет в качестве предметов, подпадающих под действие этого Закона, движимые предметы, взятые государством под охрану как памятники истории и культуры. Еще одно доказательство вышеотмеченной точки зрения содержится в Гражданском кодексе РФ, в ст. 233 "Клад". Согласно данной статье кладом являются зарытые в земле или сокрытые иным способом деньги или ценные предметы, собственник которых не может быть установлен либо в силу закона утратил на них право. Пункт второй этой статьи устанавливает правила поведения лиц, нашедших клад, который содержит вещи, относящиеся к памятникам истории и культуры.

Анализ правоприменительной практики свидетельствует о том, что даже при наличии прямого указания бланкетных норм на признание того или иного предмета культурной ценностью, он в то же время не признается судом предметом соответствующих преступлений. Наглядным тому подтверждением служит практика применения ст. 164 УК РФ в части, касающейся похищения орденов и медалей. Чаще всего похищаются ордена Красной Звезды, Отечественной войны, медали "За отвагу", "За боевые заслуги", "За победу над Германией". Суды, рассматривая уголовные дела о хищениях указанных орденов и медалей, не соглашаются с квалификацией таких деяний по ст. 164 УК РФ, какую осуществляли органы предварительного расследования, и изменяют ее, в зависимости от способа хищения, на кражу, мошенничество, разбой или иное преступление против собственности. Похищенные награды представляют определенную культурную ценность, но не имеют особой ценности, поскольку являются массовыми, не уникальными, им не свойственны редкость и неповторимость. В частности, на основании данного обстоятельства судебная коллегия по уголовным делам Тамбовского областного суда отменила приговор суда районного в части осуждения обвиняемого по ст. 164 УК РФ за кражу ордена Красной Звезды. В своем определении судебная коллегия указала, что данный орден имеет номер 1595893, и это свидетельствует об отсутствии особой ценности Архив Тамбовского областного суда за 2004 г. Уголовное дело N 22-342..

В то же время согласно действовавшему ранее приложению 1 к Приказу Министерства культуры РФ от 21 июля 1999 г. N 528 "Об утверждении Перечня культурных ценностей, подпадающих под действие Закона РФ от 15 апреля 1993 г. N 4804-1 "О вывозе и ввозе культурных ценностей" ордена и медали входили в число культурных ценностей, подпадающих под действие указанного Закона (п. 8). В приложении 1 к Приказу Федеральной службы по надзору в сфере массовых коммуникаций, связи и охраны культурного наследия от 14 марта 2008 г. N 117 говорится только о старинных орденах и медалях.

Опрос следователей ОВД, неверно квалифицировавших хищение орденов и медалей по ст. 164 УК РФ, показал, что в своих решениях они руководствовались старым приложением. Более того, по этим уголовным делам была назначена экспертиза, признавшая похищенные ордена и медали культурными ценностями.

Мы полагаем, что при формулировке понятия "культурные ценности" необходимо исходить из ряда законодательных актов и доктринальной базы, что позволит синтезировать нормативные и теоретические положения в единое понятие.

Нормативные акты, регулирующие отношения по поводу культурных ценностей, определяя их, избрали так называемый перечневый способ, когда законодатель перечисляет предметы, относящиеся к таким ценностям. Несмотря на достоинства такого способа в практической деятельности, попытки определить суть какого-то объекта через исчерпывающий или открытый перечень его видов, как правило, оказываются несостоятельными. Нельзя не согласиться в связи с этим с В.Г. Беспалько, отмечающим следующее: "Очевидно, что ценности как материальной, так и духовной культуры характеризуются таким многообразием форм своей объективизации, что составить и закрепить в законодательстве их полный список не представляется возможным, тем более в нынешний век стремительно развивающихся науки, техники, новых видов и методов творческой деятельности, их компиляции и т.д. Выражение же понятия культурных ценностей в законе через их перечень, подлежащий расширительному толкованию, вообще лишено смысла, поскольку становится непонятным упоминание в правовых нормах одних видов результатов творческой деятельности человека и игнорирование других" Беспалько В.Г. Понятие и признаки культурных ценностей как предметов преступлений // Журнал российского права. 2005. N 3. С. 78..

В связи с вышеизложенным мы можем дать собственное определение культурных ценностей как предмета преступления.

Культурными ценностями являются материальные движимые и недвижимые предметы религиозного или светского характера, созданные человеком либо природой или человеком и природой, имеющие историческую, научную, архитектурную, художественную, археологическую, палеонтологическую, анатомическую, минералогическую, документальную, градостроительную, нумизматическую, филателистическую и иную культурную значимость для части общества, всего общества и государства независимо от формы собственности на них и времени их создания, защищенные средствами уголовного права Российской Федерации. С таким определением согласились 60% опрошенных.

Рассмотрим теперь более подробно признаки культурных ценностей.

Культурные ценности - это материальные предметы. В них овеществлено созидательное начало человека или природы. Только материальные овеществленные предметы могут быть предметами изучаемых нами преступлений, посягающих на культурные ценности. В связи с этим мы предлагаем объединить материальные осязаемые предметы (культурные ценности) и нематериальные плоды культурного развития в единое понятие "культурное наследие", при этом, повторяясь вновь, заметим, что понятием "культурные ценности" охватываются только материальные предметы. Примером тому может отчасти служить белорусское законодательство. Так, в Законе Республики Беларусь от 4 июня 1991 г. N 832-XII "О культуре в Республике Беларусь" говорится об "историко-культурном наследии, к которому принадлежат материальные и духовные ценности, имеющие неизменное историческое значение для народа Белоруссии независимо от авторских, имущественных прав на них, времени их создания и местонахождения, в том числе и за пределами Республики Беларусь". Аналогично, разделяя ценности на материальные и духовные, определяет историко-культурное наследие Закон Республики Беларусь от 13 ноября 1992 г. N 1940-XII "Об охране историко-культурного наследия".

Культурные ценности - это движимые и недвижимые предметы. К ним могут относиться и объекты, прочно связанные с землей, т.е. объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно (абз. 1 п. 1 ст. 130 ГК РФ). Это могут быть культовые сооружения (например, церкви, мечети, синагоги и т.д.), старинные дворцы, замки, особняки, здания музеев (например, Эрмитаж) По оценкам специалистов, одно здание Эрмитажа без учета стоимости экспонатов оценивается в 2 млрд. долл. США. и т.п. Например, Закон Республики Татарстан от 2 октября 1996 г. N 755 "Об использовании культурных и исторических ценностей" напрямую в самом тексте разделяет культурные ценности на движимые и недвижимые. К недвижимым ценностям данный Закон относит памятники истории (здания, сооружения, места, связанные с важнейшими событиями в жизни народа, общества и государства); памятники археологии (городища, валы и другие укрепления, курганы, остатки древних поселений, укреплений, производств); памятники архитектуры и градостроительства (исторические центры, кремли, кварталы, площади, улицы, набережные); памятники искусства (скульптурные памятники, стелы, обелиски); историко-архитектурные ансамбли и комплексы; земли историко-культурного назначения; исторические населенные пункты (города и другие населенные пункты в Республике Татарстан, обладающие выдающейся историко-архитектурной, ландшафтной и иной ценностью).

Культурные ценности могут носить религиозный или светский характер. Говоря о религиозном характере культурных ценностей, нельзя не сказать об иконах и прочих предметах религиозного назначения, похищаемых из храмов, монастырей, молельных домов. Такие хищения, помимо собственно материального ущерба, причиняют большой вред чувствам верующих, поскольку похищенные предметы оскверняются самим фактом совершения преступления. Весьма показательно хищение из Донского монастыря ковчега с мощами новгородских святых, которое вызвало большой общественный резонанс. Содеянное было квалифицировано по ст. 158 "Кража" УК РФ. Как отметил руководитель пресс-службы Московской патриархии протоирей В. Вигилянский, "ковчег не представляет никакой материальной ценности. Маленький же ковчег - меньше книжечки. Его невозможно продать, это... изделие ничего не стоит... А мощи новгородских святых - кому они могут быть нужны?! Что вору-то делать с мощами?! Это безумие? Кощунство? Сатанизм?" Яковлева Е. Свято место пусто // Российская газета. 2008. 13 нояб.; Из Донского монастыря похищены мощи святых. URL: http:// www.briansk.ru/ world/ 20081112/ 1876333.html.. Посягательствам подвергаются и недвижимые культурные ценности религиозного характера - во времена воинствующего государственного атеизма, межнациональных конфликтов и войн в тех или иных странах уничтожаются и повреждаются здания, предназначенные для богослужений. Например, с 2000 г. на территории Косово разрушено более 150 православных храмов, в том числе включенных в Список всемирного культурного наследия ЮНЕСКО. Генеральный директор ЮНЕСКО призвал мировое сообщество оказать помощь в восстановлении этих святынь Воробьев В. Россия восстановит святыни // Российская газета. 2008. 8 мая..

Дифференциация религиозных ценностей в зависимости от их происхождения существует во многих аксиологических классификациях. Так, одним из критериев классификации ценностей, представленной М. Шелером, являлась степень близости к Богу. В контексте такой классификации М. Шелер выделял религиозные ценности, т.е. все ценности, связанные с Богом: вера, благоговение, поклонение и т.д. Шелер М. Избранные произведения. М., 1994. С. 308 - 318, 323 - 328.

Следует подчеркнуть, что согласно Закону об объектах культурного наследия памятники могут иметь и религиозное значение (церкви, костелы, кирхи, мечети, синагоги, буддийские храмы, пагоды и т.д.).

Культурные ценности могут быть полностью рукотворными, созданными человеком и природой либо только природой. Для того чтобы в этом убедиться, достаточно обратиться к ст. 7 Закона "О вывозе и ввозе культурных ценностей" и вышеупомянутому приложению 1 к Приказу Федеральной службы по надзору в сфере массовых коммуникаций, связи и охраны культурного наследия от 14 марта 2008 г. N 117, где перечислены такие культурные ценности, как редкие образцы и коллекции флоры и фауны; предметы, представляющие интерес для анатомии, палеонтологии и минералогии; остатки ископаемых организмов и (или) их частей (в том числе их отпечатки) независимо от сохранности; образцы и коллекции минералов (кроме синтетических) горных пород и природных некристаллических веществ земного и внеземного происхождения. Это же положение развил (но только отчасти) упомянутый выше Закон Республики Татарстан "Об использовании культурных и исторических ценностей". Так, например, культурное и историческое наследие согласно данному Закону - совокупность культурных и исторических ценностей, созданных человеком или природой, а также явления духовной жизни народа, общества или выдающихся личностей, имеющие историческую, научно-техническую, художественную, природно-экологическую, этнологическую или иную культурную значимость. Как нетрудно заметить, Закон полагает, что созданные только природой материальные объекты могут выступать в качестве культурных ценностей. В ст. 1 гл. 1 Рекомендации ЮНЕСКО о международном обмене культурными ценностями 1976 г. закреплено, что под "культурными ценностями" подразумеваются предметы, которые являются выражением или свидетельством человеческого творчества или же эволюции природы и которые, по мнению компетентных институтов отдельных государств, представляют или могут представлять собой историческую, художественную, научную или техническую ценность или интерес Молчанов С.Н. О двух концептуальных подходах к сохранению культурных ценностей в международном праве // Российский ежегодник международного права. СПб., 2002. С. 335. .

Например, за рубежом ежегодно продаются коллекции осколков метеоритов из Сихотэ-Алиньского заповедника. Сотрудниками заповедника было собрано (официально) около 15 кг. В 2006 г. на таможенном посту Торфяновка сотрудники таможни пресекли попытку вывоза на территорию Финляндии метеоритов: под сиденьями и в карманах обшивки дверей микроавтобуса "Фольксваген" было обнаружено 4 кг фрагментов метеоритов, относящихся к культурным ценностям, вывоз которых за пределы России запрещен. На Пулковской таможне в почтовом отправлении в США одной из российских компаний находилось 104 кг фрагментов метеоритов. В результате оперативно-розыскных мероприятий в офисе компании и у частного лица в собственном доме сотрудники таможни и ФСБ обнаружили еще 200 кг осколков метеоритов стоимостью более 300 тыс. долл. США Диканов К.А. Наиболее распространенные нарушения законодательства о вывозе и ввозе культурных ценностей и обстоятельства, им способствующие // Предупреждение контрабанды культурных ценностей средствами прокурорского надзора: Науч.-метод. рекомендации. М., 2007. С. 8 - 9..

Следует заметить, что на сегодняшний день признание творений только природы культурными ценностями носит дискуссионный характер. Некоторые авторы (например, А.П. Сергеев, Т.Р. Сабитов, Р.Б. Булатов) рассматривают в качестве культурных ценностей только то, что создано человеком.

Предметы для признания их культурными ценностями должны обладать религиозной, исторической, научной, архитектурной, художественной, археологической, градостроительной, палеонтологической, анатомической, минералогической и иной культурной значимостью для части общества, всего общества и государства.

Раскрывая этот признак культурной ценности, можно привести слова Г.А. Русанова о том, что культурная ценность должна нести свое историческое, художественное или научное значение в мировом масштабе, масштабе одного государства или административного субъекта внутри региона Русанов Г.А. Понятие "культурных ценностей" и критерии отнесения предмета к культурным ценностям в науке уголовного права // Российская юстиция. 2008. N 4. С. 32.. В.Г. Беспалько, говоря об общественной значимости культурных ценностей, понимает под ней объективно существующую особую ценность предмета для всего общества, а не для одного человека или какой-то группы людей с их субъективными оценками в восприятии и определении значения конкретной вещи. Примечательно, что ст. 142 ранее действовавшего Гражданского кодекса РСФСР под культурной ценностью понимала "имущество, имеющее значительную историческую, художественную или иную ценность для общества".

Категории культурных ценностей могут варьироваться в зависимости от их значимости. Согласно ст. 4 "Категории историко-культурного значения объектов культурного наследия" Закона об объектах культурного наследия все объекты культурного наследия подразделяются на три категории: федерального, регионального и местного (муниципального) наследия.

Культурные ценности признаются таковыми вне зависимости от той формы собственности, режим которой на них распространяется. Так, например, недвижимые памятники истории и культуры в соответствии с действующим законодательством можно приватизировать, за исключением случаев, предусмотренных законом. Следовательно, культурные ценности могут находиться и в частной собственности. Согласно ст. 14 "Право собственности в области культуры" Основ законодательства РФ о культуре каждый человек имеет право собственности в области культуры. Право собственности распространяется на имеющие историко-культурное значение предметы, коллекции и собрания, здания и сооружения, организации, учреждения, предприятия и иные объекты.

Порядок приобретения, условия владения, пользования и распоряжения объектами собственности в области культуры регламентируются законодательством Российской Федерации. В некоторых законодательных актах прямо указывается на форму собственности культурных ценностей. Как уже упоминалось, согласно п. 2 ст. 233 "Клад" ГК РФ в случае обнаружения клада, содержащего вещи, относящиеся к памятникам истории и культуры, они подлежат передаче в государственную собственность. В качестве еще одного примера можно привести Указ Президента РФ от 30 ноября 1992 г. N 1487 "Об особо ценных объектах культурного наследия народов Российской Федерации", устанавливающий, что объекты, отнесенные к числу особо ценных, включаются в Государственный свод особо ценных объектов культурного наследия Российской Федерации. Свод объектов является исключительно федеральной собственностью. Изменение их формы собственности либо перепрофилирование не допускаются.

Культурные ценности могут признаваться таковыми вне зависимости от времени их создания, если иное не установлено законом. Это значит, что культурными ценностями могут признаваться и предметы, созданные в современный период.

В ряде случаев само законодательство устанавливает возраст отнесения к культурным ценностям, о чем упоминалось выше. К культурным ценностям относятся, согласно упоминавшемуся приложению 1 к Приказу Федеральной службы по надзору в сфере массовых коммуникаций, связи и охраны культурного наследия, монеты, боны, банкноты и ценные бумаги, созданные более 50 лет назад. Многие исследователи в качестве обязательного признака культурных ценностей выделяют его древность (старинность) Братанов В.В. Хищение культурных ценностей: уголовно-правовые и криминологические аспекты: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Н. Новгород, 2001. С. 8., но, как подчеркивает Л.Л. Кругликов, этот признак не является обязательным Кругликов Л.Л. Спорные вопросы понимания и применения статьи 164 УК РФ // Налоговые и иные экономические преступления: Сб. науч. статей. Ярославль, 2002. Вып. 5. С. 58.. Подтверждением этому служит следующий случай.

Поволжское таможенное управление задержало пианино 1896 г. выпуска фабричного производства фирмы "Шиммель", произведенное в Германии, которое было разрешено к вывозу распоряжением Министерства культуры России. В письме Министерства от 12 февраля 1999 г. N 119-03-30 "Об установлении художественной, исторической или научной ценности предметов, изготовленных в прошлом веке" указано, что, несмотря на то что данный инструмент изготовлен более 100 лет назад, он не относится к категории уникальных и редких музыкальных инструментов, в связи с чем не подпадает под действие ст. 7 Закона РФ "О вывозе и ввозе культурных ценностей" (в Законе речь идет об уникальных и редких музыкальных инструментах). При принятии Министерством культуры или его территориальными органами решений о возможности вывоза из Российской Федерации культурных ценностей учитываются результаты всесторонней и тщательной экспертизы, определяющей в том числе место и время изготовления. Однако сама по себе временная граница создания предмета (100 лет) не является основанием для его запрещения к вывозу за рубеж. Только в случаях установления особой художественной, исторической или научной значимости заявленных к вывозу культурных ценностей признается необходимость ограничения права собственности на эти предметы в пределах Российской Федерации. Они запрещаются к вывозу из страны с одновременной постановкой на учет и внесением в Федеральный регистр культурных ценностей URL: http://www.jurbase.ru./texts. .

В ст. 7 Закона "О вывозе и ввозе культурных ценностей" перечислены категории предметов, подпадающих под действие данного Закона. В частности, это оригинальные скульптурные произведения, в том числе рельефы, редкие рукописи и документальные памятники; уникальные и редкие музыкальные инструменты; оригинальные художественные композиции и т.д. В отличие от некоторых других категорий (например, "старинные монеты", "старинные книги") законодатель не вводит применительно к упомянутым объектам прилагательное "старинный". Следовательно, Закон допускает ситуации, когда шедевры, созданные во времена, близкие к современности, могут быть признаны представляющими особую культурную ценность. Подтверждение нашей точки зрения мы можем найти в Основах законодательства РФ о культуре, ряд статей которых предполагает творческую деятельность. Так, например, ст. 10 "Право на творчество" устанавливает, что каждый человек имеет право на все виды творческой деятельности в соответствии со своими интересами и способностями. Творческая деятельность, в свою очередь, предполагает создание культурных ценностей и их интерпретацию. Отсюда вытекает, что создание культурных ценностей может осуществляться и нашими современниками. Кроме того, ст. 17 Основ предоставляет право вывозить за границу результаты своей творческой деятельности. В соответствии с указанной нормой граждане РФ имеют право вывозить за границу в целях экспонирования, иных форм публичного представления, а также для продажи результатов своей творческой деятельности в порядке, определяемом законодательством Российской Федерации. Это также подтверждает справедливость нашей точки зрения: создавать культурные ценности и вывозить их за рубеж могут современные создатели таких ценностей.

Обоснованность нашей позиции подтверждается и положениями Федерального закона от 13 мая 2008 г. N 68-ФЗ "О центрах исторического наследия президентов Российской Федерации, прекративших исполнение своих полномочий". Согласно данному Закону такие центры призваны, в частности, оказать содействие в изучении новейшей истории России. В соответствии с п. 2 ч. 2 ст. 3 "Цели и предмет деятельности Центра" Центр среди прочего создает, хранит, использует и публично представляет в установленном законодательством Российской Федерации порядке музейные предметы, связанные с жизнью и общественно-политической деятельностью Президента РФ, прекратившего исполнение своих полномочий. При Центре формируется музейная коллекция. Как указано в ст. 8 Закона, музейная коллекция Центра формируется из предметов, связанных с жизнью и общественно-политической деятельностью Президента РФ, прекратившего исполнение своих полномочий, а также из предметов, которые относятся к периоду осуществления им своих полномочий, имеют историческое значение и подпадают под категории предметов, определенных в ст. 7 Закона "О вывозе и ввозе культурных ценностей".

Формирование музейной коллекции Центра осуществляется за счет музейных предметов, безвозмездно переданных Центру при его создании Администрацией Президента РФ, Правительством РФ, Президентом РФ, прекратившим исполнение своих полномочий, или его наследниками, собственниками таких предметов и (или) приобретенных Центром.

Музейная коллекция Центра включается в состав Музейного фонда РФ в порядке, установленном законодательством Российской Федерации о Музейном фонде Российской Федерации и музеях в Российской Федерации.

В свою очередь, Федеральный закон от 26 мая 1996 г. N 54-ФЗ "О Музейном фонде Российской Федерации и музеях в Российской Федерации" в ст. 3 "Основные понятия" под музейным предметом понимает культурную ценность, качество либо особые признаки которой делают необходимым для общества ее сохранение, изучение и публичное представление. Музейная коллекция согласно тому же Закону - это совокупность культурных ценностей, которые приобретают свойства музейного предмета, только будучи соединенными вместе в силу характера своего происхождения, либо видового родства, либо по иным признакам.

Как видим, к культурным ценностям относятся и предметы, связанные с новейшей историей России.

В то же самое время Закон об объектах культурного наследия в п. 7 ст. 18 устанавливает правило, согласно которому в Единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации могут быть включены выявленные объекты культурного наследия, с момента создания которых или с момента исторических событий, связанных с которыми, прошло не менее 40 лет, за исключением мемориальных квартир и мемориальных домов, которые связаны с жизнью и деятельностью выдающихся личностей, имеющих особые заслуги перед Россией, и которые считаются выявленными объектами культурного наследия непосредственно после смерти указанных лиц.

Культурные ценности защищены средствами уголовного права России, которое устанавливает ответственность за преступные посягательства на них.

На сегодняшний день, как говорилось выше, существует три нормы Уголовного кодекса РФ, которые специально защищают культурные ценности: хищение предметов, имеющих особую ценность (ст. 164 УК РФ); невозвращение на территорию Российской Федерации предметов художественного, исторического и археологического достояния народов Российской Федерации и зарубежных стран (ст. 190 УК РФ); уничтожение или повреждение памятников истории и культуры (ст. 243 УК РФ). Отвечая на вопрос "С каким преступлением, посягающим на культурные ценности, Вы встречались в Вашей профессиональной деятельности чаще всего?", 40% опрошенных назвали преступление, предусмотренное ст. 164 УК РФ; 20% - преступление, предусмотренное ст. 243 УК РФ (в последнем случае опрошенные, судя по всему, имели в виду уничтожение или повреждение недвижимых памятников истории и культуры).

Культурные ценности являются криминообразующим признаком ряда составов преступлений и, выступая в качестве предмета преступления, позволяют отграничить друг от друга смежные составы преступлений.

6.3. ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ КУЛЬТУРНЫХ ЦЕННОСТЕЙ: ПОНЯТИЕ, ПРИЗНАКИ, СИСТЕМА

Клебанов Лев Романович, к.ю.н., доцент. Должность: старший научный сотрудник сектора уголовного права и криминологии. Место работы: Институт государства и права РАН. E-mail: [email protected]

Аннотация: Статья посвящена проблемам уголовно-правовой охраны культурных ценностей. Такие преступления составляют единую систему, имеют специфические признаки, включая единый объект и предмет. В статье рассмотрены объективные и субъективные признаки таких преступлений, раскрывается понятия культурных ценностей и памятников истории и культуры, что позволяет различить видовой и родовой объекты таких преступлений.

Ключевые слова: уголовное право, уголовноправовая охрана культурных ценностей, преступления против культурных ценностей, субъективная сторона преступления, объективная сторона преступления, объект преступления, система преступлений.

CRIMES AGAINST CULTURAL VALUES: NOTION, INDICATIONS, SYSTEM

Klebanov Lev Romanovich, PhD at law, associate professor. Position: senior researcher of sector of criminal law and criminology. Place of employment: Institute of state and law of Russian Academy of sciences. E-mail: [email protected]

Annotation: The article says about problems of criminal law in the process of defense of cultural values. Such crimes build united system; have specific indications, including one object. In the present article object and subject indications are discussed, terms of “cultural values” and “monuments of history and culture” are clarified, that give opportunity to distinguish their family and sort objects.

Keywords: criminal law, criminal law defense of cultural values, crimes against cultural values, subject site of crime, object site of crime, object of crime, system of crimes.

В Стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 г. культура названа в числе стратегических приоритетов устойчивого развития страны в период глобализации1. В этом документе названы цели обеспечения национальной безопасности в сфере культуры, главные угрозы такой безопасности (за-силие продукции массовой культуры, ориентированной на духовные потребности маргинальных слоев, а также противоправные посягательства на объекты культуры) и средства ее укрепления)2.

Одним из направлений культурной политики России, согласно Концепции долгосрочного социальноэкономического развития Российской Федерации на период до 2020 г., является, среди прочего, сохранение и популяризация культурного наследия народов

1 Статья подготовлена в рамках исследовательского проекта «Юридическая ответственность за причинение ущерба недвижимым памятникам истории и культуры как средство сохранения отечественного культурного наследия» № 11 -03-00213а, поддержанного грантом РГНФ.

2 См.: Утверждена Указом Президента РФ от 12.05.2009 № 537. // Российская газета.19.05.2009.

России3 (курсив мой - Л.К.). Президент РФ Д.А. Медведев в этой связи отметил следующее: «На протяжении всей нашей многовековой истории отечественная культура была и остается величайшей ценностью, формирующей национальное сознание российского народа...Сохранение и преумножение культурного наследия России и всех народов нашей страны является приоритетной государственной задачей»4.

Основой, фундаментом всякой культуры и ядром культурного наследия будут культурные ценности, чье значение поистине уникально и многогранно.

Они играют определяющую, во многом, роль при воспитании патриотизма и гражданской позиции;

позволяют изучить и осознать тысячелетнюю историю России и ее народов;

приобщают людей к пониманию выдающихся достижений мирового и отечественного художественного искусства; помогают сохранить самобытность и духовную неповторимость народов России в эпоху глобализации и не допустить культурной ассимиляции;

укрепляют государственно-конфессиональные отношения и способствуют улучшению духовнорелигиозного климата; положительно влияют на душевное состояние человека; содействуют дружескому диалогу культур разных народов и стран;

играют важную роль для развития такой сферы национальной и международной экономики как туризм5.

Сохранение, использование и преумножение культурных богатств нашей страны немыслимы без надлежащего правового регулирования. Культурные ценности сформировали и продолжают формировать в прямом смысле слова огромную нормативно-правовую базу, куда входят акты различного порядка. Среди угроз культурным ценностям выделятся криминальные угрозы, а потому остро стоит вопрос об их уголовноправовой охране. Ежедневно в мире похищается 450500 произведений живописи, ваяния, антиквариата, религиозного культа, археологических ценностей и других произведений и памятников культуры разных эпох6. По мнению О.В. Давлетшиной, на Западе культуру считают «зоной преступности номер три» после наркобизнеса и торговли оружием7. В.В. Кулыгин, ссылаясь на данные Интерпола, считает, что преступления данной категории по объему получаемого незаконного дохода и вовсе вышли на второе место, уступив «лидерство» наркобизнесу8.

Действующее уголовное законодательство Российской Федерации на современном этапе своего развития выделяет следующие виды преступных деяний, посягающих на культурных ценности: хищение предметов, имеющих особую ценность (ст. 164 УК РФ); контрабанда культурных ценностей (ч. 2 ст. 188 УК РФ);

3 Утверждена распоряжением Правительства Российской Федерации от 17.11.2008 № 1622-р.

4 иК1_://Ийр://\ммм.гедпит.ги

5 См.: Вершков В.В. Уголовная ответственность за невозвраще-

ние на территорию Российской Федерации предметов художественного, исторического и археологического достояния народов Российской Федерации и зарубежных стран: Автореф.

дисс.канд. юрид. наук. М. 2005.- С. 10-11.

6 См.: Панов В.П. Сотрудничество государств в борьбе с международными преступлениями. - М.: Юрист, 1993. - С. 49.

7 См.: Давлетшина О.В. Криминальный рынок культурных ценностей и борьба с ним в Южном федеральном округе // Проблемы борьбы с криминальным рынком, экономической и организованной преступностью. - М.: Росс. криминологич. ассоциация, 2001.

8 См.: Кулыгин В.В. Возможности оптимизации уголовноправовой охраны культурных ценностей // Российский судья. -2003. - № 5. - С. 40.

невозвращение на территорию Российской Федерации предметов художественного, исторического и археологического достояния народов Российской Федерации и зарубежных стран (ст. 190 УК РФ); уничтожение или повреждение памятников истории и культуры (ст. 243 УК РФ).

Особенностью вышеназванных преступлений, посягающих на культурные ценности, является отсутствие единообразного понимания предмета таких преступлений. Как справедливо замечают по этому поводу С.А. Приданов и С.П. Щерба, «вместо единого и четкого понятия мы получаем обилие определений, вводящих в заблуждение...»9. Подавляющее большинство исследователей данной проблематики обоснованной предлагают это многообразие предметов заменить на одни родовой - «культурные цен-10

Следует при этом подчеркнуть, что преступления в отношении культурных ценностей могут квалифицироваться и по другим статьям Уголовного кодекса РФ, о чем наглядно свидетельствует официальная статистика. Как правило, это нормы, предусматривающие уголовную ответственность за хищения: кражи, грабежи, разбои, мошенничества. Однако не исключено, что деяниями, где в качестве предмета выступает культурная ценность, могут выступать присвоение или растрата, причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием, умышленно или по неосторожности уничтожение или повреждение имущества11. Так, например, если изучить структуру хищений художественных, исторических и культурных ценностей за 2006 год, то можно убедиться, что кражи в этой структуре составляют 86,5 %12.

Кроме того, в Уголовном кодексе содержатся и другие нормы, которые в качестве предмета преступления прямо не называют культурные ценности, однако эти преступления могут совершаться и в отношении них тоже.

Наиболее ярким примером может выступать статья 356 УК РФ «Применение запрещенных средств и методов войны» в части разграбления национального имущества. Данное деяние входит в группу военных преступлений, которые, в свою очередь, отнесены к преступлениям против мира и безопасности человечества. Речь идет, в частности, о разграблении национального имущества на оккупированной территории как о виде военных преступлений. Под таким имуще-

9 См.: Приданов С.А., Щерба С.П. Преступления, посягающие на культурные ценности России: квалификация и расследова-ние.М.: ООО Издательство «Юрлитинформ». 2002. - С. 29.

10 См. например: Молчанов С.Н. Об использовании понятий «культурные ценности» и «культурное наследие (достояние)» в международном праве // www.smolchanov.narod.ru; Зябкин А.И., Спицын А.В. Проблемы международно-правовой охраны культурных ценностей // Проблемы правоотношений в социальнокультурной среде: Ученые записки юридического факультета. -СПб: Изд-во СПб ГУП, 2002. - Вып. 8. - С. 24.; Богуславский М.М. Международная охрана культурных ценностей. - М., 1979.; Сабитов Т.Р. Охрана культурных ценностей: уголовно-правовые и криминологические аспекты: Автореф. дисс. .канд. юрид. наук. Челябинск. 2002. - С. 12.

11 См, например, Преступные посягательства на культурные ценности в России. МВД РФ. ГИАЦ. М.2007. - С. 8.; И.И. Лукашук, А.В. Наумов. Международное уголовное право: Учеб. - М.: Спарк, 1999. - С.179

12 См.: Преступные посягательства на культурные ценности в

России.- С. 9.

ством в международном уголовном праве понимаются, прежде всего, культурные ценности13.

Под преступлениями против культурных ценностей мы понимаем общественно опасные противоправные виновно совершенные посягательства, предметом которых такие ценности выступают.

Изучение большого массива нормативных и доктринальных источников позволило нам дать собственное авторское определение культурным ценностям как предмету соответствующего преступления.

Культурными ценностями, по нашему мнению, являются материальные движимые и недвижимые предметы религиозного или светского характера, созданные человеком либо природой или человеком и природой, имеющие особую историческую, научную, архитектурную, художественную, археологическую, палеонтологическую, анатомическую, минералогическую, документальную, градостроительную, нумизматическую, филателистическую и иную культурную значимость для части общества, всего общества и государства независимо от формы собственности на них и времени их создания.

По результатам изучения уголовного законодательства зарубежных стран (всего 37 государств) об ответственности за посягательства на культурные ценности, выступающие обязательным признаком состава преступления, нами была предложена следующая система этих преступлений.

1. Незаконный вывоз культурных ценностей за рубеж без специального разрешения либо вывоз культурных ценностей, не прошедших регистрацию (например, законодательство Болгарии, Германии, Великобритании, Италии, Польши, Мексики). 2. Хищение культурных ценностей в различных формах, включая кражу и мошенничество (например, законодательство Австрии, Германии, Италии, Казахстана, Китая). 3. Уничтожение или повреждение культурных ценностей, как умышленное, так и неосторожное (например, законодательство Австрии, Азербайджана, Армении, Бельгии, Дании, Испании, Литвы, Узбекистана). 4. Нарушение специальных правил при производстве различного рода работ (ремонтных, строительных и т.д.), повлекшее уничтожение или повреждение культурных ценностей, прежде всего, недвижимых (например, законодательство Великобритании, Испании, Италии, Португалии).

5. Незаконные археологические раскопки (например, законодательство Болгарии, Италии, Китая, Эстонии).

6. Нарушение особого порядка отчуждения культурных ценностей (например, законодательство Болгарии, Италии, Китая). 7. Контрабанда культурных ценностей (например, законодательство Армении, Китая, Молдовы). 8. Присвоение найденных культурных ценностей или несообщение о таких ценностях (например, законодательство Болгарии, Испании, Украины). 9. Невозвращение на территорию государства временно вывезенных культурных ценностей, когда их возвращение является обязательным (например, законодательство Азербайджана, Болгарии, Грузии, Кыргызстана, Республики Беларусь, Таджикистана). 10. Военные преступления, когда посягательства на культурные ценности являются нарушением норм и правил ведения войны и вооруженных конфликтов (например, законодательство Армении, Болгарии, Грузии, Испании, Литвы, Польши). 11. Иные преступления, посягающие на культурные ценности, например, надругательство над

13 См.: Адельханян Р.А. Военные преступления в международном праве. М., 2003. - С. 151.

памятниками истории и культуры (УК Республики Беларусь), заведомо незаконное одобрение должностным лицом проекта работ, направленных на снос зданий или сооружений, являющихся культурными ценностями (УК Испании), незаконное экспонирование культурных ценностей (французский Закон об исторических памятниках 1913 г).

В отечественной литературе также выделяется отдельная система преступлений, посягающих на культурные ценности14, и необходимо отметить, что во многом системы преступлений и в отечественном и в зарубежном уголовном законодательстве совпадают.

Если отталкиваться от действующих ныне норм УК РФ, где культурные ценности непосредственно указаны в качестве предмета, то мы можем выделить следующие объективные и субъективные признаки таких деяний.

Родовым объектом таких преступлений являются общественные отношения, возникающие по поводу создания, воссоздания, использования, владения, распоряжения, сохранения, популяризации и пропаганды культурных ценностей (как движимых, так и недвижимых).

В рамках этого родового объекта можно выделить такой видовой объект как общественные отношения, возникающие по поводу создания, воссоздания, использования, владения, распоряжения, сохранения, популяризации и пропаганды памятников истории и культуры. Памятники истории и культуры, характеризуются как такие культурные ценности, которые признанны таковыми компетентными государственными органами, что влечет постановку их на государственный учет и предоставление им особой государственной охраны.1 Памятниками истории и культуры могут быть не только недвижимые, но и движимые объекты: такой вывод вытекает из анализа норм Части I Гражданского кодекса РФ (ст. 233), Закона РФ «О вывозе и ввозе культурных ценностей» от 15.04.1993 №4804-1 (ст. 9), Федерального закона «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации» от 25.06.2002 № 73-ФЗ (ст. 3), Федерального закона «О библиотечном деле» от 29.12.1994 № 78-ФЗ.

Объективная сторона таких преступлений характеризуется как действием, так и бездействием. Некоторые преступления могут совершаться только путем активных действий: хищение культурных ценностей (ст. 164 УК РФ) и их контрабанда (ч. 2 ст. 188 УК РФ). Деяние предусмотренное, ст. 190 УК РФ характеризуется только бездействием: речь идет о длящемся преступлении, заключающемся в невыполнении уполномоченным на временный вывоз культурных ценностей лицом своих обязанностей по возвращению этих ценностей на территорию Российской Федерации.

В некоторых случаях деяние может характеризоваться как действием, так и бездействием: речь идет об уничтожении или повреждении культурных ценностей. Разрушить или уничтожить какой-либо предмет

14 См.: Мартыненко И.Э. Проблемы совершенствования уголовного законодательства, предусматривающего ответственность за преступления против историко-культурного наследия. // Традиции и инновации в постижении истории государства и права. М.: 2009.

15 См. например: Васильева М.В., Савельева И.В. Памятники истории и культуры как объекты гражданско-правовой охраны // Советское государство и право. № 10. 1985. - С. 106-107.; Александрова М.А. Гражданско-правовой режим культурных ценностей в Российской Федерации. Автореф. дисс...канд. юрид. наук. Санкт-Петербург. 2007. - С.7.

можно не только путем активных действий. Например, распространенной угрозой сохранности недвижимых памятников истории и культуры является неисполнение владельцами памятников требований охранных обязательств, что влечет разрушение или повреждение объектов культурного наследия (не предпринимают никаких мер к реставрации памятника, не поддерживают его в надлежащем состоянии и т.д.). Так, например, прокуратура города Добрянки (Пермской области) направила с письмом № 15 в ОВД города материал Областного центра охраны памятников по Пермской области для принятия решения в порядке ст. 109 УПК РСФСР о возбуждении уголовного дела по факту преступного бездействия, (курсив мой - Л.К.) ведущего к уничтожению памятника истории и культуры г. Добрянки здания «Контора заводская».16

Составы вышеуказанных преступлений конструируются как по типу материальных (хищение культурных ценностей, уничтожение или повреждение культурных ценностей), так и по типу формальных (контрабанда культурных ценностей, невозвращение культурных ценностей на территорию Российской Федерации).

В некоторых случаях обязательными признаками будут выступать место совершения преступления (при контрабанде - таможенная граница Российской Федерации) и время совершения преступления (при невозвращении ценностей на территорию России - временной промежуток между истечением срока, который отпущен на возвращение вывезенных предметов в Россию, и возвращением на территорию РФ вывезенных предметов и явки виновного лица с повинной, либо его задержания, либо возвращение ценностей третьими лицами)17.

Субъектом преступлений выступает физическое вменяемое лицо, достигшее 16-летнего возраста. В некоторых случаях требуется наличие специального субъекта - при невозвращении культурных ценностей на территорию России таким субъектом выступает только то лицо, которое в соответствии с законом и специальным разрешением имеет право временно вывозить эти ценности, и, которое обязано их возвратить в установленный срок. При невыполнении владельцем памятника истории и культуры своих обязанностей, что привело к его уничтожению или повреждению, субъектом является лицо, заключившее соответствующее охранное обязательство.

Субъективная сторона преступлений характеризуется только умышленной виной. В таких преступлениях как хищение культурных ценностей, их контрабанда и невозвращение на территорию Российской Федерации умысел может быть только прямым. К сожалению, как показывает изучение следственно-судебной практики, во многих случаях при квалификации содеянного нарушается такой незыблемый фундаментальный принцип уголовного права как принцип вины, когда виновный не сознавал, что посягает именно на культурную ценность, в силу того, что этот предмет хранился у него как личная вещь, и который, по его мнению, не представлял никакой ценности. Обязательным признаком интеллектуального элемента умысла является осознание всех юридически значимых характеристик предмета преступления, а в нашем случае - осознание, что предметом совершаемого преступления является именно культурная ценность.

16 См.: иК1_://Ь|йр:// heritage.perm.ru/news/protect

17 См.: Клебанов Л.Р. Уголовно-правовая охрана культурных ценностей. Под научн. ред. А.В. Наумова. М.: ИНФРА-М Норма. 2011. - С. 261.

В литературе остается дискуссионным вопрос относительно формы вины уничтожения или повреждения памятников истории и культуры. Одни авторы полагают, что форма вины в данном случае может быть только умышленной, другие - как умышленной, так и неосторожной. Полагаем, что в этом случае следует согласиться с А.В. Наумовым в том, что если диспозиция статьи Особенной части не конкретизирует форму вины, предусмотренное этой статьей преступление может быть только умышленным18. Примечательно, что в уголовном законодательстве некоторых государств уже имеются примеры дифференциации уголовной ответственности за данные деяния в зависимости от формы вины. Например, УК Республики Беларусь содержит нормы, которые предусматривают уголовную ответственность как за умышленные разрушение, уничтожение или повреждение памятников истории и культуры (ст. 344), так и за неосторожные их аналоги (ст. 345). Кроме того, вряд ли законодатель стал бы объединять под одной «крышей» и умышленные и неосторожные деяния, что никак бы не способствовало дифференциации уголовной ответственности.

В рамках одной статьи, по понятным причинам, невозможно охватить все проблемы, возникающие при изучении этой группы преступлений. Автор надеется, что затронутые им вопросы не оставят равнодушными заинтересованных специалистов, занимающихся изучением преступлений, посягающих на культурные ценности, что повлечет соответствующие обсуждения и дискуссию.

Список литературы:

Адельханян Р.А. Военные преступления в международном праве. М., 2003.

Александрова М.А. Гражданско-правовой режим культурных ценностей в Российской Федерации. Автореф. дисс.канд. юрид. наук. Санкт-Петербург. 2007.

Богуславский М.М. Международная охрана культурных ценностей. - М., 1979.

Васильева М. В., Савельева И. В. Памятники истории и культуры как объекты гражданско-правовой охраны // Советское государство и право. № 10. 1985.

Вершков В.В. Уголовная ответственность за невозвращение на территорию Российской Федерации предметов художественного, исторического и археологического достояния народов Российской Федерации и зарубежных стран: Автореф. дисс.канд. юрид. наук. М. 2005.

Давлетшина О.В. Криминальный рынок культурных ценностей и борьба с ним в Южном федеральном округе // Проблемы борьбы с криминальным рынком, экономической и организованной преступностью. - М.: Росс. крими-нологич. ассоциация, 2001.

Зябкин А.И., Спицын А.В. Проблемы международноправовой охраны культурных ценностей // Проблемы правоотношений в социально-культурной среде: Ученые записки юридического факультета. - СПб: Изд-во СПб ГУП, 2002. - Вып. 8.

Клебанов Л.Р. Уголовно-правовая охрана культурных ценностей. Под научн. ред. А.В. Наумова. М.: ИНФРА-М Норма. 2011.

Кулыгин В.В. Возможности оптимизации уголовноправовой охраны культурных ценностей // Российский судья. - 2003. - № 5.

Лукашук И.И., Наумов А.В. Международное уголовное право: Учеб. - М.: Спарк, 1999.

Мартыненко И.Э. Проблемы совершенствования уголовного законодательства, предусматривающего ответственность за преступления против историко-культурного наследия. // Традиции и инновации в постижении истории государства и права. М.: 2009.

Молчанов С.Н. Об использовании понятий «культурные ценности» и «культурное наследие (достояние)» в международном праве // www.smolchanov.narod.ru

Наумов А.В. Российское уголовное право. Курс лекций: в 3 т. Т. 1. М.: Wolters Kluwer. 2007.

Панов В.П. Сотрудничество государств в борьбе с международными преступлениями. - М.: Юрист, 1993.

Преступные посягательства на культурные ценности в России. МВД РФ. ГИАЦ. М.2007.

Приданов С.А., Щерба С.П. Преступления, посягающие на культурные ценности России: квалификация и расследование. М.: Издательство «Юрлитинформ». 2002.

Сабитов Т. Р. Охрана культурных ценностей: уголовноправовые и криминологические аспекты: Автореф. дисс. ...канд. юрид. наук. Челябинск. 2002.

Literature list:

Adelchanian R.A. War crimes under the international law. M.2003

Aleksandrova M.A. Civil law regime of cultural values in the Russian Federation. SPb. 2007

Boguslavskii M. International defense of cultural values. M. 1979.

Vasilieva M.V., Savelieva I.V. Monuments of history and culture as objects of civil law defense // Soviet state and law. N. 10. 1985

Vershkov V.V. Criminal responsibility for failure to return to territory of Russian Federation of articles of artistic, historical, and archeological weal of peoples of Russian Federation and foreign countries. M. 2005.

Davletshina O.V. Criminal market of cultural values and struggle against it in South federal district // Problems of struggle against criminal market, economic and organized criminality. M. 2001.

Ziabkin A.I., Spicyn A.V. Problems of international law defense of cultural values // Problems of law relationship in social-culture area. SPb. 2002.

Klebanov L.R. Criminal law defense of cultural values. M. INFRA-M Norma. 2011.

Kulygin V. Opportunities of optimization of criminal law defense of cultural values // Russian judge. 2003. N. 5

Lukashuk I.I., Naumov A.V. International criminal law. M. 1999.

Martynenko I.E. Problems of improving the criminal legislation, stating criminal responsibility for crimes against historical-culture heritage.// Traditions and innovations in understanding the history of state and law. M. 2009.

Molchanov S.N. About using of terms “cultural values” and “cultural heritage” in international law. // www.smolchanov.ru

Naumov A.V. Russian criminal law. Course of Lectures. V. 1. M. Wolters Kluwer. 2007.

Panov V.P. Cooperation of states in the struggle against international crimes. M. Jurist. 1993.

Crimes against cultural values. M. MVD of Russian Federation. 2007/

Pridanov S.A., Sherba S.P. Crimes against criminal values of Russia: qualification and investigation. M. 2002.

Sabitov T.R. Defense of cultural values: criminal law and criminological aspects. Cheliabinsk. 2002.

18 См.: Наумов А.В. Российское уголовное право. Курс лекций: в

3 т. Т. 1. М.: Wolters Kluwer. 2007.- С. 372.

В последние два-три десятилетия человечество столкнулось с новой острой проблемой. Речь идет о различных посягательствах на национально-культурное достояние стран и народов, совершаемых в весьма широких масштабах как гражданами страны, откуда ценности похищаются, так и иностранцами. Идет интенсивный вывоз (перемещение) незаконными путями национально-культурного достояния.

Побудительные мотивы к этому различны: от ограбления музеев и частных коллекций, завладения, с целью обогащения до хищения из гос-венных хранилищ с целью нанесения ущерба данной стране. Для многих богатых людей составление коллекций из награбленного - мода, утверждение их "престижа". Национально-культурное достояние стало разменной монетой на рынке бизнеса. Если ранее эти преступления были ограничены рамками конкретного гос-ва, то ныне приобрели международный характер. Они грубо нарушают право гос-ва и народа на собственное национально-культурное достояние.

Памятники истории и культуры – это объекты материальной культуры, в том числе связанные с историческими событиями в жизни народа, обладающие художественной, научной или иной культурной ценностью и зарегистрированные в гос-венных списках памятников истории и культуры. В РФ еще в 1978 г. был принят Закон "Об охране и использовании памятников истории и культуры", а в 1992 г. - "Основы законодательства РФ о культуре", где регламентируется порядок охраны, использования и передачи другим владельцам этих объектов. Природные комплексы, взятые под охрану гос-ва, определены в Законе РФ "Об особо охраняемых природных территориях", принятом в 1995 г.

Объекты материальной культуры могут быть как движимыми (исторические ценности, в том числе полученные в результате археологических раскопок; художественные ценности – старинные книги, картины, музыкальные инструменты; предметы коллекционирования и др.), так и недвижимыми (здания, сооружения). Все они подлежат охране в соотв. с названными законами.

Были заключены важные соглашения, однако преступный бизнес на национально-культурном достоянии не только не прекратился, но принял еще больший размах. Естественно, что в этом случае свое слово должен сказать уголовный закон. Страны-участницы мирового сообщества, опираясь на имеющиеся международные соглашения, устанавливают отв-ть за эти преступления.

Необходимо отграничивать посягательство на национально-культурное наследие как преступление международного характера от такого преступления как геноцид. Посягательство на национально-культурное достояние как преступление международного характера отличается от геноцида тем, что оно:


1. предусмотрено как самостоятельное деяние;

2. не является средством уничтожения всей культуры вообще;

3. совершается тайно, между тем как уничтожение памятников культуры при геноциде творится открыто.

Незаконный оборот порнографической продукции по международному уголовному праву.

Предмет преступления – порнографический материал. Материал или предмет является порнографическим, если он направлен на возбуждение похоти и если он в явно циничной форме изображает половое поведение чел-ка и при этом не имеет существенной литературной, художественной или научной ценности.

Особой уголовно-правовой оценки заслуживает детская порнография. Согласно Факультативному протоколу к Конвенции о правах ребенка, касающемуся торговли детьми, детской проституции и детской порнографии (Россия не участвует в нем), детская порнография – любое изображение какими бы то ни было средствами ребенка, совершающего реальные или смоделированные откровенно сексуальные действия, или любое изображение половых органов ребенка главным образом в сексуальных целях.

Объективная сторона этого преступления включает в себя не только зрительное изображение, но другие возможные способы отображения половой жизни: изготовление предметов порнографического содержания, написание произведений, в которых в неприкрыто оголенном, неприличном виде изображается половая жизнь, включая кинокартины и видеофильмы.

В преступности, как и во всех социальных явлениях, есть грани, которые не может переходить никакое общество. Поэтому порнография как явление нравственно противоестественное вызвала всеобщее требование ее запрета, что привело к необходимости заключить ряд международных соглашений.

Первым таким соглашением было Соглашение 1910 г., заключенное 15 гос-вами в Париже. В нем шла речь об обмене информацией с целью облегчения розыска преступников, а также об ознакомлении с законодательством и состоявшимися судебными процессами. Вопрос о конкретных видах преступлений, связанных с распространением порнографии, тогда не стоял.

В 1923 г. в Женеве заключена Международная конвенция о пресечении обращения порнографических изданий и торговли ими.

В этом акте приведен более полный перечень преступных деяний:

1) изготовление, хранение порнографических изданий с целью их продажи, распространения или публичного выставления;

2) ввоз, провоз, вывоз (лично или через другое лицо) в вышеуказанных целях таких изданий или выпуск их в обращение;

3) торговля, распространение, публичное выставление, сдача в прокат порнографических изданий;

4) анонсирование или оглашение путей, через которые эти издания можно достать.